сегодня: 18 июля, среда
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 173 от 20 ноября 2007 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Архив

  « Июль 2018 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

  Главная / НОВОСТИ ВЛАСТИ / Валерий ПОЛИЩУК. Театр Савика Шустера

20.11.2007 , № 173 от 20 ноября 2007 г.

Вспоминаю первые выпуски программы “Свобода слова” на ICTV. Это было что-то новое, почти диковинное. И хотелось верить, что телезритель получил, наконец, то, чего ему так не хватало. Сегодня театр Савика Шустера переживает, на мой взгляд, не лучшие времена.

«Няма таго, шо раньш було...»

И ВСЕ ЖЕ каждую пятницу (раньше, как на праздник, а теперь скорее по привычке и без особого энтузиазма) миллионы украинцев включают телеканал “Интер”, чтобы услышать , что “в эфире программа “Свобода слова”. “Прошу работать!” — восклицает режиссер, и условный занавес открывается.

Все, кажется, делается добротно, как и прежде, и налицо все слагаемые успеха. Но что-то надломилось. Может, исчерпал себя внутренний конфликт, без которого всякий спектакль обречен? Да нет. Противостояние Монтекки и Капулетти украинского политикума продолжается и позволяет поддерживать его в достаточном напряжении.

Не хватает ярких актеров? Их предостаточно. К тому же засияли новые звезды. Посмотрите, как расцвел лирико-драматический талант Анны Герман. А как притягательно и каким-то нездешним светом лучатся глаза Юрия Мирошниченко. А с каким напором и страстью отрабатывают свои монологи Вячеслав Кириленко и Юрий Луценко! Не говорим уже о Юлии Тимошенко, которой как-то после одной из ее речей, лживых по сути, но очень убедительных по исполнению, Юрий Кармазин предложил присвоить звание заслуженной артистки Украины. Актеры второго плана (политологи, эксперты), а также массовка раскрепостились, вошли во вкус. На славу трудятся костюмеры и гримеры, придающие героям лоск и изысканность.

И все же читай подзаголовок.

Актеры и роли

Амплуа большинства актеров, очевидно, и не требует разгадки. Актеры театра Савика Шус­тера играют сами себя. Им да­же не нужно входить в роль. Герман играет роль Анны Герман, Тимошенко — Тимошенко, регионалы — регионалов, националисты — националистов и т.д. Позиции прозрачны.

Проблема есть только у Са­вика — режиссера этого действа, причем играющего режиссера. Какую роль пытается играть он? Очевидно, абсолютно свободного, незаангажированного журналиста, которого, кроме истины, ничего не интересует. Неискушенному зрителю может показаться, что ему все позволено, и в работе он даже забывает о своих работодателях. Хотя уже давно понятно, на кого работает Савик, как бы искусно он свою позицию ни маскировал. 

Не мною замечено, что девиз режиссера (“Здесь ограничивает свободу только время и я, Савик Шустер”) работает не одинаково по отношению к представителям разных политсил. Трудно не заметить, что в общении с представителями “оранжевого” лагеря он более корректен, вежлив, предупредителен. По отношению к другим часто иронизирует, а порой ведет себя даже грубовато и бесцеремонно. Коммунистов режиссер вообще не жалует. И это, очевидно, уже не установка Шустера самому себе, а условие “художественного руководителя”, который находится за кулисами. 

Очень часто оппоненты “оранжевого” лагеря выглядят убедительнее и в логике изложения, и в аргументах, и в остроумии, и в манере держать себя на сцене. Анна Герман способна посадить любого, будь то хитроумный Жвания или непримиримые Шкиль и Тягнибок. Пасуют мужики перед обаятельной хрупкой женщиной, которая говорит спокойно и непринужденно, но очень точными словами. В таких ситуациях Савик спешит на помощь, ломает мизансцену, старается любыми средствами спасти ситуацию, дабы издевательство
не продолжалось  долго.

Кризис жанра?
Кризис доверия

После первых трех передач отказался участвовать в программе Владимир Малинкович, человек, которому хочется верить. По его мнению, программа нагнетает украинско-российские отношения. Кроме того, “опрос зрителей преподносится как репрезентативный, хотя и противоречит данным серьезных социологических центров. В результате у людей складывается превратное представление, передача вводит в заблуждение общественное мнение. Программа подготовлена непрофессионально. Точнее, это профессиональная пропаганда”.

Театр, как и любая идея, рождается, стареет и умирает. То есть он может существовать, но это уже другой театр. Он уже просто неинтересен, ибо парит над жизнью и не решает проблем. А потому вызывает раздражение.

Спектакли режиссера Шус­тера не оставляют ощущения катарсиса (очищения), которое всегда сопровождает встреча с истинным искусством.  Так бывает, когда выходишь из театра на вечерние улицы и душа наполняется добром и верой в близкое счастье.

Как Луценко Гоголя победил

В прошедшую пятницу в театре Шустера состоялась премьера — “Великие украинцы”, посредством которой творческий коллектив попытался поправить свою пошатнувшуюся репутацию. Концепция провокационная и крайне заполитизированная. Смешна и конечная цель — определить десятку сильнейших и, наконец, самого великого украинца. Сковорода и Карл ХІІ соревнуются здесь на равных. Зарубежный опыт показывает (ведь программа вовсе не ноу-хау Шустера), что самыми великими становились совершенно случайные, а порой и выдуманные люди.

Когда Луценко, забившийся в скорлупу беспросветного украинизма, в своей напористой, бескомпромиссной манере ничтоже сумняшеся “расправился с Гоголем”, который, как выясняется, ничего не сделал, кроме как поиздевался над хохлами, стало как-то не по себе. С тревогой думаешь, что такой человек с совершенно диким представлением о культуре может достичь власти и влиять на идеологию. Наверное, не я один увидел еще одного персонажа “Мерт­вых душ”, по сравнению с ко­торым Собакевич или Плюшкин кажутся совершенно безобидны-
ми. Надо было видеть глаза академика Мирослава Поповича, энциклопедиста Табачника, поэтов-лириков Юрия Рыбчинского и Александра Мороза, когда господин Луценко чеканил еретические фразы о великом писателе. Это был шок. Повисла гениальная пауза, которая, как показалось, смутила и самого Луценко.

Удивительно, что более чем спорная, мягко говоря, личность Шухевича попадает в когорту великих. А почти святой полтавчанин Гоголь, гуманист и один из первых в Российской империи обратившийся к образу маленького человека, воспевавший запорожских казаков, объявляется врагом народа Украины чуть ли не номер один. Это ли не чума? Не прозвучало разве что призыва собрать книги Николая Васильевича в кучу, облить бензином и поджечь, приурочив это дело к грядущему 200-летнему юбилею.

Грустные мысли навевает передача. Народ, говаривал один умный человек, — это люди, которые читали одни и те же сказки. Получается, что мы читали разные сказки, а посему и не единый народ. И показалось, что настолько запутанная у нас ситуация, что невозможно сделать так, чтобы и Луценки были сыты, и Гоголи целы.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.