сегодня: 20 ноября, понедельник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 43 от 24 марта 2006 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Архив

  « Ноябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

  Главная / ВЕСТИ ИЗ РЕГИОНОВ / ПОЧЕМУ БЕДНЫЕ? ПОТОМУ ЧТО ОЧЕНЬ БОГАТЫЕ

24.03.2006 , № 43 от 24 марта 2006 г.
Еще каких–то 20 лет назад донбасские горняки выдавали на–гора 218 миллионов тонн твердого топлива в год. А в прошлом году все украинские шахты не добыли даже 80 миллионов. Сами шахтеры в настоящее время с грустью констатируют: не далек тот день, когда в угольной отрасли некому будет работать — ни на земле, ни под землей.

СОЗДАНИЕ в прошлом году Министерства угольной промышленности, по мнению специалистов, никоим образом не повлияло на развитие шахт, более того — не сделало труд угольщиков престижным. Происходят парадоксальные вещи. На успешно работающих угольных холдингах планы добычи растут, объемы бюджетного финансирования отрасли тоже ползут вверх. Но где желаемый общий результат?

Проектная мощность шахты имени Вахрушева ГП “Ровенькиантрацит” (Луганская область) рассчитана на добычу 1 миллиона 100 тысяч тонн угля в год. В прошлом году получили вдвое больше — 2 миллиона 300 тысяч. Только чтобы и в дальнейшем поддержать такой уровень добычи, крайне необходимы деньги.

Директор шахты Виктор Лиликович приводит элементарную статистику: темпы продвижения лав составляют 120 метров в месяц, а темпы подготовки проходок — 40 метров. Не обязательно хорошо знать шахтерское дело, чтобы видеть несоответствие. Хуже того, именно проходчики, те, кто работают на завтрашний день шахты, финансируются по остаточному принципу. Почему?

Угольные генералы (так в отрасли называют руководителей предприятий) жалуются, что государственный бюджет дотирует убыточные шахты. Виктор Лиликович говорит более жестко: государство выбрасывает деньги на ветер, поддерживая тех, кто в свое время разбазарил собственные предприятия. Не содействует развитию и нынешняя цена на уголь. Она тоже дифференцирована. Но парадокс! Самая низкая — у флагманов угольной отрасли. Ровеньковское топливо стоит 163 гривни за тонну. У других же есть цена и 230 гривень, и 340. Между тем стоимость электроэнергии, железнодорожных услуг, металла и леса выросла наполовину, а некоторых запчастей — на 300%. Выжить при таких условиях даже мощным предприятиям тяжело.

Ежесуточно с подъездных путей шахты имени Вахрушева отправляют свыше ста вагонов угля. В то же время долг украинских энергетиков ГП “Ровенькиантрацит” составляет 249 миллионов гривень. Возникает логичный вопрос: на каких же принципах базируется политика энергетической безопасности страны?!

Министр угольной промышленности Виктор Тополов утешает внедрением поэтапного графика повышения цены на топливо. Секретарь СНБО Анатолий Кинах обещает принципиально новый финансовый механизм поддержки каждого конкретного предприятия. А в самом министерстве вместе с Фондом госимущества создали рабочую группу, которая будет заниматься подготовкой угольных шахт к приватизации. Утвердить соответствующий список обещают уже к концу нынешнего лета. Хотя эксперты уже прогнозируют: продать смогут максимум 20-30 шахт. Остальные вынужденно взвалит на свои плечи государство, ведь инвесторов интересуют лишь те шахты, что работают рентабельно или имеют перспективные запасы угля. Кроме того, убежден руководитель луганского теркома профсоюзов работников угольной промышленности Петр Шевченко, на пути приватизации непременно возникнут социальные проблемы, которых полным полно в шахтерских городках.

Другая сторона медали — кадровый дефицит. Уже сейчас тяжело найти опытных специалистов. Остается лишь вспоминать времена, когда шахтерский труд считался престижным. На шахте Вахрушева, где заработки у ГРОЗов под пять тысяч гривень, вакантными остаются свыше 500 рабочих мест. По словам шахтера Романа Довганюка, ребята не выдерживают слишком тяжелого труда, уходят с досадой, мол, зачем большие деньги, если гробится здоровье.

Двадцать восемь миллионов тонн луганского угля, добытого в прошлом году, стоили жизни пятидесяти горнякам. По словам начальника Луганского областного теруправления Гостехнадзора Георгия Басакина, причиной такой высокой смертности является большая изношенность техники и транспорта, а еще отсутствие денег на закупку средств индивидуальной защиты горняков. Но, кроме этого, дает о себе знать и возраст шахтеров: многие трагедии произошли в результате сердечных приступов. Омоложение коллективов крайне необходимо, но при нынешних условиях труда это практически не реально. Хотя сегодня закон “омолодил” пенсионный возраст горняка. Двадцать лет работы по основной профессии — и ты пенсионер. Иногда в сорок лет, иногда даже в тридцать шесть.

Государственные мужи уже не раз били себя в грудь и давали слово решить угольные проблемы. Как правило, пик раздачи обещаний приходится на предвыборные кампании. Шахтерская тема достаточно выигрышная для всех политических партий без исключения. Но в этот раз такой “козырь” почти не вытягивали из колоды лозунгов и программ. Вяло реагировали будущие избранники и на обращения шахтеров.

О чем это свидетельствует? Государство приспособилось жить теоретически с углем, а практически — без него. Тогда какой же будет цена этой жизни? Очень высокой — полная энергетическая зависимость страны. И абсолютная независимость шахтерского края от планов этой страны, которая кормит сказками о прогнозированных запасах в 117 миллиардов тонн угля, а в кармане — сплошная пустота.

Ольга МОХОВА.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.