сегодня: 16 июля, понедельник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 233 от 16 марта 2007 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Архив

  « Июль 2018 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

  Главная / НОВОСТИ ПОЛИТИКИ / Нерадостный юбилей

16.03.2007 , № 233 от 16 марта 2007 г.

Через неделю Европейский Союз торжественно отметит свое 50–летие. Однако праздничного воодушевления на лицах европейцев почему–то не наблюдается...

 И не случайно. За полвека, утверждают аналитики, Европа из «общего дома» превратилась в большую коммунальную квартиру, жильцы которой нет-нет да и склоняются к мысли:
а не разъехаться ли нам по-хорошему?

Объединила общая беда

Необходимость создания союза европейских государств стала очевидной сразу после окончания Второй мировой войны. Нужно было восстанавливать разрушенную промышленность, сельское хозяйство, инфраструктуру. И для большинства стран, переживших кровопролитные бои и оккупацию, эти задачи оказались не по силам. Ухватившись поначалу за американскую помощь, жители Франции, Голландии, Бельгии, Германии быстро поняли истинную цену “заокеанской доброты”, изложенной в так называемом плане Маршалла. Остановить нарастающую американскую экспансию могло только объединение европейцев между собой.

В начале 50-х годов появилось сразу несколько вариантов создания европейского сообщества: от простого таможенного союза до формирования некоего подобия СССР с единым политическим и экономическим центром. Но ввиду непростого исторического прошлого и разных политических симпатий, европейцы решили остановиться на экономическом объединении — с прозрачными границами, свободным передвижением товаров и услуг, капитала и рабочей силы, единой валютой и едиными таможенными правилами.

Правда, и тут появилось немало подводных камней, о которые довелось споткнуться. Франция, к примеру, не спешила отказываться от политики протекционизма и резко выступила против членства Великобритании в Европейском экономическом сообществе (ЕЭС). Пять лет французы “тормозили” интеграционные процессы. Но в 1957 году договор о создании ЕЭС все-таки был принят и ратифицирован парламентами шести стран — Франции, Германии, Италии, Бельгии, Голландии и Люксембурга. Церемония подписания документа состоялась 25 марта 1957 года в Риме. Тогда же были подписаны соглашения о создании Европейского объединения угля и стали и Сообщества по вопросам атомной энергии.

Великобританию в ЕЭС все-таки приняли, но лишь в 1973 году — вместе с Данией и Ирландией. В 1981-м в сообщество вошла Греция, в 1986-м — Испания и Португалия.

В 1992 году ЕЭС переименовали в Европейский Союз. Годом позже разработали критерии, обязательные для выполнения любой страной, желающей присоединиться к союзу. Среди требований: политическая стабильность, приверженность демократии, правовой характер власти и соблюдение прав человека. При этом экономика в государстве-соискателе должна быть конкурентоспособной настолько, чтобы евроинтеграция не оказалась губительной для национального товаропроизводителя, а государственный бюджет был соизмерим с европейскими финансовыми планами.

Однако новым критериям полностью соответствовали, пожалуй, только Швеция, Австрия и Финляндия, которые присоединились к объединенной Европе в 1994 году. Вхождение еще 12 стран в 2004-м и 2007-м годах было скорее политическим, нежели экономически продуманным решением.

За что боролись...

Не последнюю роль в расширении ЕС сыграли США и руководство подконтрольного им блока НАТО. Сегодня уже не вызывает сомнений тот факт, что принятие бывших стран социалистического лагеря в европейское лоно стало оплеухой России, стремительно терявшей свои региональные позиции в начале 90-х. Примени Брюссель свои критерии к той же Польше или к прибалтийским странам, и неизвестно, выдержали бы те строгий экономический экзамен или нет. Но политически корректным европейцам не хотелось спорить со Штатами.

В итоге сейчас они сталкиваются с тем, что, делая политические или социально-экономические заявления, приходится учитывать слишком много различных факторов и взглядов. Депутат Европарламента итальянец Джульетто Кьеза утверждает: “Европа сегодня неоднородная, а потому не самостоятельная. Нет ни одного вопроса, по которому европейцы придерживались бы единого мнения: будь то принятие европейской Конституции, отношение к проявлениям неонацизма в Прибалтике, борьба с изменениями климата или стратегическое военно-политическое и экономическое сотрудничество с Россией и США. Даже отношение к НАТО у европейцев, ради безопасности которых и создавался блок, разное. Кто-то называет Альянс жандармом, а кто-то, наоборот, защитником”.

По мнению многих европейских политологов, водораздел между странами старой Европы и новой с каждым годом становится все глубже. Новые европейцы не скрывают своего “трепетного” отношения к США и активно отстаивают американские интересы в европейской политике. Но как только речь заходит об экономических преференциях, “младоевропейцы” тут же устремляются в Брюссель за субсидиями (особенно для фермеров), квотами и прочими благами европейской цивилизации. Естественно, такое метание не на шутку раздражает тех же французов, немцев, британцев, голландцев, которые, вопреки установленным правилам, ограничивают доступ на свои рынки труда, товаров и услуг для граждан Болгарии, Румынии, Польши и ряда других стран.

И нет ничего удивительного в том, что Франция и Германия, например, высказались против вступления Украины в ЕС. Дело не столько в самих украинцах, сколько в том, что Европа, в основном старая, просто не сможет прокормить дополнительные миллионы человек, как бы искренне те ни хотели обзавестись европейским паспортом.

Недавний опрос общественно мнения показал: 80% жителей Германии боятся расширения ЕС на Восток, потому что мигранты наверняка отберут у коренных немцев и без того дефицитные рабочие места. Такого же мнения придерживаются 72% французов.

И если правительства этих стран посчитают нужным защитить своих граждан, то методы защиты могут быть самыми разными — вплоть до выхода из ЕС или создания нового межгосударственного объединения, куда вошли бы лишь проверенные временем партнеры.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.