сегодня: 18 ноября, суббота
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 206 от 25 января 2007 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Архив

  « Ноябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

  Главная / НОВОСТИ ПОЛИТИКИ / Перспектива только в реальном народовластии...

25.01.2007 , № 206 от 25 января 2007 г.

Почти через полгода после образования нового состава заработал Конституционный Суд. Его первоочередная задача — ликвидация запрета на пересмотр политреформы. Насколько возможен радикальный вердикт КС, способен ли парламент в полной мере отвечать интересам избирателей, о свободе волеизъявления размышляет народный депутат ІІ и ІІІ созывов Михаил Сирота, известный специалист в области конституционного права.

 — Михаил Дмитриевич, после долгого молчания заработал обновленный состав КС, состоялись первые дискуссии, первые голосования. Среди судей КС уже наметился раскол. Насколько результативным, на Ваш взгляд, может оказаться рассмотрение дела и насколько оно может быть эффективным?

— Работа КС Украины осложняется значительным влиянием на судей со стороны. Оно закладывалось еще в момент формирования самого состава судей. Разные политические силы, президент, парламент имеют тут свои квоты. А раз так, то политизация любого вопроса неизбежна с самого начала рассмотрения. К тому же, если посмотреть на историю принятия решений КС Украины, очевидно, что его судьи всегда стремились угадать потребности власти.

Сегодня сложно определить, кто в полной мере контролирует власть в государстве. И это является основной проблемой для КС. Кому подыгрывать: КМ, президенту или оставаться нейтральным? Как вообще можно использовать влияние той или другой политической силы? Вопросы сложные. Думаю, что именно с этим связано полугодовое затворничество суда. Хотя, на мой взгляд, судьям нужно было спешить сразу. Уже на второй день после подачи запроса принимать соответствующие решения. Ведь принимать их надо тысячи. А в таком темпе ждать радикальных решений от КС не приходится.

— У КС есть шанс сыграть роль объективного арбитра в судьбе конституционной реформы?

— Знаете, после “судьбоносного” решения, принятого Гражданской палатой Верховного Суда в конце 2004 года, говорить о взвешенных и объективных судебных решениях в Украине довольно сложно.

Если иметь в виду вопрос, который сегодня рассматривается судом, относительно запрета ВР пересматривать конституционную реформу, то я думаю, что едва ли Рада может рассчитывать на приоритет. Судя по всему, КС, защищая собственные интересы и возможности, признает решение ВР неконституционным. Налицо присутствие скорее защиты корпоративных интересов, чем общественно-политических. А в дальнейшем, я думаю, ВР, как самостоятельному игроку, уготована роль актера второго плана. На первом все-таки останутся основные игроки — КМ и президентские структуры.

— Вице-спикер Адам Мартынюк выразил надежду, что в феврале парламент сможет предварительно рассмотреть законы о втором этапе политреформы, которыми регламентируется местное самоуправление. Насколько реально их принятие?

— Если говорить о стратегии ВР, действительно ее руководство будет стараться продолжить конституционную реформу, перейдя к реформированию местного самоуправления. И чего доброго, теоретически сможет найти 300 необходимых для этого голосов. Другое дело, как они будут использованы, потому что тенденции, которые мы сегодня наблюдаем в отношении ВР к местному самоуправлению, мягко говоря, настораживают. Ныне, по сути, органы местного самоуправления потеряли свои представительские  функции. После выборов на пропорциональной основе в областных, районных и городских советах практически не осталось рабочих, крестьян, учителей, научных работников и инженеров.

Советы превращены в бизнес-клубы с набором региональных политиков, уже много раз поменявших разные партии. Потерянными оказались представительские функции местных советов, так как в областных не представлено большинство районов областей, а в районных советах — большинство сел. Теперь ввели еще императивный мандат, превратив депутатов местного уровня в солдат для безропотного выполнения приказов местных лидеров.

— А что делать? Неужели существуют более мощные рычаги влияния, чем императивный мандат?

— Тут надо смотреть глубже. Когда в 1991-1994 годах ВР формировалась по мажоритарным округам, на округ приходилось 60-70 тысяч избирателей и 20-30 кандидатов. Как правило, голосовать приходили тысяч 50. Чтобы стать депутатом, нужно было набрать 10-15 тысяч голосов. И тогда (в 1991-1994 годах) социальный состав депутатов ВР мало чем отличался от социального состава общества. Те же самые учителя, медики, рабочие, крестьяне, инженеры, творческая интеллигенция, ученые, равнозначно оказывались в рядах представительских органов власти.

Однако это создавало определенные проблемы для зарождающегося олигархического капитала. И тогда нам сказали: извините, нужна политическая структуризация, так как необходима политическая ответственность и т.д. В 1998 году ввели смешанную систему. И что произошло? Мажоритарных округов стало вдвое меньше, а количество избирателей в них, соответственно, увеличилось в 2 раза. В сельских местностях в мажоритарный округ входили уже 8-9 районов, т.е. округ растягивался более чем на 100 км. Простому человеку провести избирательную кампанию в таких условиях невозможно. Победа обеспечивалась или большими деньгами, или административным ресурсом, что моментально и подтвердилось. В 1998 году практически во всех сельских мажоритарных округах выиграли представители крупного капитала. И если в 1994 году в ВР было около 110 представителей сельских местностей, то уже в 1998-м их осталось только 20.

Парадокс заключается в том, что неструктурированный парламент защищал интересы трудового человека, а структурированная ВР защищает интересы крупного капитала. Спрашивается, мы такой структуризации хотели?

— Хотели-то как лучше, а получилось как всегда...

— В 1998 году по спискам политических партий из 8 победителей 7 были идеологические партии. Но идеология — очень неудобная штука, так как заранее известно, каким образом партия будет голосовать по тому или другому вопросу. Поэтому уже в 2002 году, когда олигархи приобрели определенный опыт, политическую изощренность и проникли в большинство партий, победителями стали блоки  “За Единую Украину”, “Наша Украина”, БЮТ, т.е. структуры без выраженной идеологии или с размытыми идеями.

Кстати, в 2006 году идеология закончилась, и ныне парламент контролируется совершенно не идеологическими партиями.  Почему же важна именно идеология? Проще простого. Только с ее помощью можно на бескорыстной основе объединить людей. Если идеологии нет, это уже клуб по интересам. Поэтому и началась сепарация: людей разделили по финансовому признаку, по организационному и политическому. А доступ во власть для простых людей был остановлен. На пути избирателей выстроили информационные барьеры, калечащие их психику уже одной рекламой.

В результате сегодня мы вынуждены признать, что у нас не столько ВР, сколько клуб миллионеров и миллиардеров. Их там насчитывается более 250 человек, плюс политики, обслуживающие крупный капитал. И это огромная проблема, означающая, что народ реально отстранен от власти. Впервые в Украине не попал в парламент ни один академик НАУ, ни один крупный ученый. Я уже не говорю, что там нет рабочих и крестьян, нет учителей, инженеров, творческой интеллигенции. И от этого общество сильно пострадало. Люди оказались отстраненными от реального формирования органов власти. Поэтому первоочередной задачей сегодня является необходимость передачи народу возможности осознанно формировать  органы государственной власти. От этого зависит качество власти. Чем оно ниже, тем скорое деградирует общество. Как это сделать, вопрос чрезвычайной сложности. Но если мы не восстановим реального народовластия, ожидать положительных сдвигов в нашей жизни не придется.

— Сейчас много говорят о стремлении оппозиции и президентской стороны распустить парламент...

— Я не хочу даже думать об этом. Роспуск ВР без решения вопроса, о котором я говорил, без гарантированной возможности для народа реально делать выбор не имеет смысла. Без четкого понимания, как мы будем выходить из конституционно-правового кризиса, также нет никакого смысла проводить новые выборы.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.