В свое время пропорционально количеству выпускавшихся фильмов украинское кино имело больше международных наград и всесоюзных премий, чем “Мосфильм”. Сейчас наши режиссеры тоже завоевывают призовые места на международных конкурсах. Но это скорее приятная случайность, чем показатель того, что с нашим кинематографом все в порядке. Финансирование со стороны государства никогда не бывает достаточным. В 1994-м, к примеру, на кино выделили 15 млрд карбованцев, в то время как на цирк — 70. Но давайте вспомним фильмы того периода: “Меланхоличный вальс”, “Для домашнего очага” Б.Савченко, “Обет”, “Притча о горнице” В.Ильяшенко, “Танго смерти”, “Долой стыд!” А.Муратова, “Фучжоу” М.Ильенко, “Записки курносого Мефистофеля” Ю.Ляшенко. Почему же сегодня мощные творческие силы — талантливые режиссеры, операторы, сценаристы, актеры — чувствуют себя лишними, а украинское кино вытеснено российскими сериалами, низкопробными зарубежными лентами? Почему оно на задворках? Неужели некому о нем позаботиться? Что сделано за эти 15 лет “государственности”? Как тут не вспомнить советские времена. Именно при них были созданы ленты, ставшие классикой и гордостью украинского кино. Это “Тени забытых предков”, “Колодец для жаждущих”, “Ночь на Ивана Купала”, “Белая птица с черной отметиной”, “Захар Беркут”, “Комиссары”, “Гуси-лебеди летят...” Сегодня премьера украинского фильма — явление неординарное, потому что редкое... В Украине проводится единственный (но какой!) международный фестиваль кино “Молодость”. Радоваться бы... А тут как ложка дегтя в бочке с медом заявление генерального директора, что из-за постоянного недофинансирования со стороны государства он уходит со своей должности...

В поисках ответов на все эти больные вопросы, в каком же состоянии находится сегодня отечественное кино, о его болях и выздоровлении наш разговор с председателем Государственной службы кинематографии Министерства культуры Украины Анной Чмиль.

Бедная-бедная «Молодость»...

— Анна Павловна, как бы Вы прокомментировали, в первую очередь, ситуацию с “Молодостью”?

— С фестивалем ситуация развивалась таким образом. Когда формировался проект бюджета Минкультуры, то Андрей Халпахчи подал заявку на миллион сто тысяч гривень. При рассмотрении этой заявки после утверждения Верховной Радой бюджета-2006 решением коллегии была принята немного меньшая сумма. А закончилось тем, что Минкультуры установило еще меньшую сумму — 800 тысяч. Но и эти средства сегодня получить очень трудно.

— С чем связана такая сложность?

— В первую очередь, с тем, что принят новый закон о закупке товаров и услуг по государственному заказу. То есть любая сумма свыше 50 тысяч, выделенная государством, обязательно должна пройти процедуру тендера — Счетную палату, тендерный и Антимонопольный комитеты. Срок рассмотрения документов — 45 суток. С одной стороны, Минкультуры долго решало, не соглашаясь на заявленную сумму, и в результате документы на тендер были поданы за месяц до начала фестиваля. Потом оказалось, что нужен еще один тендер на то, где разместить людей. А это опять количество участников и главное — время. Столь долгая процедура и усугубила ситуацию. С другой стороны, Дом кино. На сегодняшний день он не переоборудован для современного кинопоказа. Уровень фестиваля требует больших возможностей, большего доступа к экранам. Поэтому дирекция фестиваля решила проводить открытие и закрытие во дворце “Украина”, а показы в киевских кинотеатрах. В финансовом отношении и здесь было непросто. Определенные средства обещало и министерство по делам молодежи, и Киевская городская госадминистрация, но они также уменьшили сумму. Поэтому многие вопросы до последнего момента не были решены. Это и вызвало эмоциональное, моральное напряжение, что и побудило Андрея Халпахчи к таким заявлениям. Считаю, что этому фестивалю нужно помогать, но не в таком контексте, когда все делается в последнюю минуту.

— Предоставление фестивалю статуса национального с отдельной строкой в госбюджете как-то улучшит его финансовое положение?

— Об этом поздно говорить: бюджет уже сформирован. Да и вокруг него, вы знаете, идут дискуссии... Кино поддерживается сегодня по одной программе — кинопроизводство и распространение фильмов. На это предусмотрено 50 млн грн в следующем году, как, кстати, и в предыдущие годы. Хотя нужно в два раза больше.

Все ответы —
в зеркале

— На что тратится эта сумма?

— С одной стороны, на производство национальных фильмов: художественных, документальных, научно-просветительных, анимационных, детского кино — и на распространение этого кино. С другой, на возвращение кинофонда. У нас есть архивные материалы, сделанные до 1991 года, они находятся в Москве. И если мы захотим оттиражировать, например, Довженко, то за дубль-негативы заплатим деньги, и они будут уже у нас. Это и позволяет тиражировать и демонстрировать украинские фильмы. Еще одна программа связана с переозвучиванием фильмов, чтобы выпустить их на современный экран. Думаю, это очень правильно, потому что выросли поколения, которые не знают и не представляют, чем может быть экран и какую роль он может играть в самоидентификации и причастности к нации, народу, Украине. То есть экран как отражение собственного “я”. На сегодня, считаю, мы должны производить больше фильмов, потому что процент украинского фильма на украинском экране очень маленький.

— Насколько эти программы приближены к рядовому человеку, который ежедневно включает телевизор, а там совсем не то, что хотелось бы видеть?

— Все, что мы делаем, предлагаем телевизионщикам. И они показывают, но не в вечернее время, а утром, днем или очень-очень поздно. Но благодарны и за это. Например, фестиваль молодого кино “Українська нiч”, организованный Михаилом Ильенко (проходит в течение одной июльской ночи на Андреевском. — Авт.), демонстрировался на 1-м Национальном канале в прямом эфире всю ночь. И люди хотят новое кино: это было в том огромном количестве писем-благодарностей, которые мы получили.

— Скажите, когда сможем видеть украинское кино в кинотеатрах? И не только в городах с миллионным населением, но и в районных центрах, в селах? Ведь люди лишены такого удовольствия вот уже более десяти лет.

— Мы планируем сделать с 1 января “Український кiножурнал”. То есть перед показом большого кино демонстрировать 10-15-минутные короткометражки молодых авторов. Пока еще находим поддержку у директоров кинотеатров. Увеличивается количество кинотеатров в крупных городах. Но вы правы, катастрофой является кинопоказ в районных центрах и в селах. Те 22 тысячи киноустановок, которые существовали раньше в каждом сельском клубе, сегодня технологически устарели. Поэтому мы запускаем еще одну программу — видеопроекторов. На закупку аппаратуры из госбюджета местным бюджетам выделена общая сумма в один миллион гривень. Имеем и благотворительную поддержку.

Сегодня существует закон, которым государство гарантирует незащищенным слоям населения доступ к культурным ценностям и услугам. Но стоимость, например, доступа к тому же кинопоказу не утверждена.

Кина не будет?
Оно есть!

— Что это значит?

— Если, например, в селе триста людей, из них половина — пожилые люди и четверть — дети, это значит, что мы из центрального бюджета должны были бы возвращать в местный бюджет стоимость этой услуги — кинопоказа.

— То есть культурные услуги человек мог бы получить бесплатно?

— Если, например, на одно село выделена сумма в пятьсот гривень в год, оно может объединиться с другими и купить тот же видеопроектор. Он будет перемещаться из одного села в другое и так предоставлять культурную услугу. Со своей стороны, мы, как государственный орган, бесплатно оттиражируем фильмокопии лучших украинских фильмов, научно-просветительных программ, детских, мультипликационных... и будем предоставлять их. И тогда можно будет говорить о месте встречи кино и зрителя.

— Какая сегодня самая главная проблема в украинском кино?

— Кинематограф критикуют со всех сторон за то, что он на сегодняшний день не может освоить средства. То есть эти пятьдесят миллионов, которые были выделены на кинопроизводство, лежат в бюджете. И я не могу сегодняшнюю власть обвинять. Но действующая в Украине законодательная база реально тормозит сам процесс создания кино. Закон должен помогать, а не препятствовать.

— То есть получить от государства поддержку, например молодому режиссеру, практически невозможно?

— Возможно. Но это очень сложная схема, порой почти замкнутый круг. И сегодняшняя ситуация требует резких действий: изменить законодательство, упростить процедуру тендера... Мы сейчас готовим целый ряд документов по этому поводу. Хотим также с нового года обозначить, что государство хочет получить от кино. Планируем опубликовать кинотемы, которые будут финансироваться. И тот, кто будет претендовать на получение средств, конкретно будет знать, что у государства есть, например, пять миллионов гривень на молодежный фильм в жанре мелодрамы. Допустим, это мало, но государство эти деньги гарантирует. И это будет более реально, чем в настоящий момент.

— Вы можете сказать, сколько фильмов было снято в Украине за прошлый год?

— В этом году завершено производство восьми художественных фильмов, а также ряда документальных, научно-популярных, просветительных... Большая дебютная программа. Я этим очень горжусь, потому что это уже то молодое кино, которое можно проанализировать и увидеть его уровень. С другой стороны, можно говорить о новой волне, новом мировосприятии, об определенном потенциале украинского кино завтра.