сегодня: 25 сентября, понедельник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 108 от 18 июня 2011 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня



Архив

  « Сентябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

  Главная / НОВОСТИ ЖИЗНИ / Мы били врага в хвост и в гриву

Мы били врага в хвост и в гриву
18.06.2011 , № 108 от 18 июня 2011 г.

Память

Годы Великой Отечественной – это бессчетное количество не только выдающихся героических случаев, но и фактов повседневных военных будней, которые не успела зафиксировать история, но без которых была бы невозможна Великая Победа. Память о них еще жива в сердцах фронтовиков.

Помог пшенный брикет

В ЯНВАРЕ 1944 года при окружении корсунь-шевченковской группировки немцев была большая распутица, затруднявшая передвижение войск. Танки вязли в грязи. Отставали тыловые части и подвоз горючего. Я служил в составе 6-й гвардейской Краснознаменной танковой армии, в 6-й мотострелковой бригаде стрелком бронетанкового ружья. Несмотря на трудные погодные условия, пехота продолжала двигаться вперед. Окружая немецкую группировку, мы пробирались по вражеским тылам в основном ночью.

Вдруг наша повозка, нагруженная бронебойными ружьями, застряла. Пришлось брать ружья на плечи. Кроме того, у каждого из нас было личное оружие – автоматы, боеприпасы.

– Кому невмоготу, — тихо сказал возглавлявший группу сержант Василий Тынов, — разрешаю на пару минут остановиться, но потом ускоренно догонять.

Пройдя несколько километров с таким снаряжением, я выбился из сил и буквально рухнул спиной в грязь, прижав к груди бронебойное ружье, автомат и сумку с патронами. Рядом остановился Григорий Бабий. Кроме усталости, одолевал голод. Я полез в карман шинели и обнаружил брикет пшенного концентрата. Это было сырое пшено, спрессованное с солью.

– Будешь? – спросил я соседа.

Тот промолчал, но я, разломав брикет надвое, протянул половину ему. Григорий обрадовался. Подкрепившись, мы догнали тех, кто шел впереди...

На рассвете наше подразделение проходило через село, в котором были остатки немецкой части. Завязался бой, нас поддержала артиллерия. Освободили село и двинулись дальше.

– Помог и пшенный брикет, — улыбался Григорий Бабий.

Случилось так, что после очередного боя мы с ним оказались в одном госпитале. Наши койки были рядом. Григорий любил шутить. Помню, однажды главврач, человек тоже не без юмора, иронизировал: «Солдату зубы ни к чему. Вот у меня нет ни одного пенька, а кушаю все подряд». На что Бабий ответил: «Потому что вам готовят жидкое. А пшенный брикет был бы вам не по зубам»…

Юмор помогал нам и врага бить, и залечивать раны.

Письмо от брата

ПОД ЯССАМИ, заняв ночью позицию на окраине села метрах в двухстах от немцев, мы ждали команды подниматься в атаку следом за нашими танками. И вот команда прозвучала. С места рванули Т-34. Не успели они пройти и ста метров, как по ним прямой наводкой ударила артиллерия. Машины загорелись. Выскакивавших танкистов косил мощный пулеметный огонь. А на нашу траншею посыпались мины. Пришлось отступить на исходные позиции.

Мы медленно шли к штабу бригады. Возле одной из румынских хат я увидел треугольник письма. Подняв его, удивился: письмо адресовано мне. Писал мой брат с Сандомирского плацдарма. Он был связистом, командиром роты. Это как в сказке – найти отправленное тебе письмо на фронте, на вражеской территории! Если бы подобный факт прочитал в книге – не поверил бы, решив, что это художественный прием автора.

Но почему письмо лежало на земле? Оказывается, пробираясь к нам под сильным минометным огнем, боец-почтальон был тяжело ранен и его забрали санитары. Часть писем выпала из сумки, многие так и не дошли до адресатов. А вот мне посчастливилось.

Ошибка артиллериста

Яссо-Кишеневская операция была сложной. Противник сильно укрепил свои позиции. Здесь было сосредоточено 25 немецких и 22 румынские дивизии. Кроме того, многочисленные холмы и реки, которые необходимо было преодолевать под вражеским огнем, усложняли обстановку.

Форсировав Прут, шестая мотострелковая бригада заняла оборону в небольшом лесочке, а затем продвинулась на высотку в двух километрах впереди. Через некоторое время в этом лесочке расположилась наша артиллерия. С высотки нам были видны 75-миллиметровые пушки.

Наши позиции постоянно бомбили. Началась наша артподготовка. Я заметил нашего артиллериста, видел момент выстрела и понял, что снаряд его пушки попал в окоп в пяти метрах от меня. Бойца, находившегося там, разорвало на моих глазах. Затем немцы начали мощный минометный обстрел нашей позиции. В этом бою я был ранен и контужен.

...После войны прошло много лет, я работал в харьковском Совнархозе и однажды в обеденный перерыв наблюдал за игрой коллег в шахматы. Рядом остановился еще один сотрудник. Вдруг он произнес, обращаясь ко мне: «Здесь надо было бы подтянуть артиллерию». Артиллерией он назвал ладью, чтобы это не сочли подсказкой. Присмотревшись к нему, я спросил: «А вы артиллерист? Это не вы под Яссами в лесу стрельнули по нашим?» «Да, это я ошибся. Очень торопился открыть ответный огонь, вот и взял низкий прицел», – услышал в ответ. Всякое бывало на войне…

Николай ЛОЙКО, ветеран Великой Отечественной войны, полковник в отставке.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.