сегодня: 24 июня, воскресенье
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 74 от 23 апреля 2011 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня



Архив

  « Июнь 2018 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

  Главная / НОВОСТИ ЖИЗНИ / Тяжелый колокол Чернобыля

Тяжелый колокол Чернобыля
23.04.2011 , № 74 от 23 апреля 2011 г.

Ордена «обошли» героев
С РАЗДРАЖЕНИЕМ воспринимало тогда республиканское ведомственное начальство и последующие сообщения своих сотрудников. А когда из Москвы на станцию прибыла правительственная комиссия, произошло следующее. «Мне позвонил входивший в состав комиссии член коллегии КГБ СССР Федор Алексеевич Щербак: «Юрий Васильевич, какая у вас информация по безопасности АЭС?» Я ему рассказал все, в том числе о докладных, которые безрезультатно подавались Мухе, — делится пережитым Князев. – Он внимательно выслушал, а потом сказал: «Эти докладные вы, конечно, уничтожили…» – «Нет!» – «Тогда срочно передайте их мне!» Спустя некоторое время Щербак и заместитель председателя КГБ СССР по кадрам Пономарев сказали мне по правительственной связи: «У коллегии никаких претензий к вам нет. Ваше управление надлежащим образом выполняло свои обязанности». Увы, утешением это было слабым, ведь наши замечания вовремя не были учтены. Мне же поручили на базе Шестого управления создать оперативный штаб по принятию мер, относящихся к компетенции КГБ, и возглавить его»…

Чудом сохранившиеся бумаги, в которых говорилось об опасных просчетах в строительстве и эксплуатации станции, помогли «сохранить голову» не только Юрию Васильевичу Князеву, но и начальнику УКГБ по Киеву и Киевской области Леониду Васильевичу Быхову, и Виктору Николаевичу Клочко, и многим другим сотрудникам ГБ. Эти документы также позволили быстрее сделать правильный вывод об истинной причине катастрофы и уйти от надуманных «шпионских версий». А вот наград, поощрения из-за «конфронтации с высоким начальством» никто из работников Припятского горотдела, других звеньев Комитета, находившихся не в кабинетах, а в смертельно опасных местах, так и не получил. Хотя наградным отделом КГБ СССР были представлены: к ордену Ленина – генерал Юрий Петров и подполковник (тогда) Виктор Клочко, к ордену Красного Знамени – оперативники Виталий Суховилин и Валентин Богдан, к ордену Красной Звезды – Алексей Рыбак, Михаил Мальцев и Юрий Матковский, к медали «За боевые заслуги» — Анатолий Качан и Анатолий Кокоруза…

Год спустя председатель КГБ УССР Степан Муха был бесславно отправлен «на пенсию». Однако ситуацию это уже не изменило. Пребывание чекистов в зоне тяжелейшего радиоактивного заражения отметили совсем другие «награды».

За неделю – восемь годовых доз!

– ДО 12 МАЯ в зоне аварии можно было находиться только два часа в сутки. С 1 июня до 1 июля в общей сложности разрешалось пребывать в этом пекле 10 дней. С 1 июля до 1 октября – две недели, — вспоминает Клочко.

— И это, в общем-то, правильно, — добавляет Украинский. – Ведь в результате взрыва смесь из расплавленного металла, песка, бетона и частичек топлива растеклась по разным помещениям, находившимся под реактором. Произошел выброс радиоактивных веществ — изотопов урана, плутония, йода-131, цезия-134, цезия-137, стронция-90. Положение усугублялось и тем, что в разрушенном реакторе неконтролируемые ядерные и химические (от горения запасов графита) реакции продолжались. Шло заражение больших территорий. И остановить активное извержение радиации из разрушенного реактора удалось лишь к концу мая 1986-го. Дозконтроль проводили постоянно, и он все время показывал тяжелейшую обстановку. Однако что это давало? Нам надо было работать…

— Самая меньшая доза облучения, полученная моими сотрудниками, равнялась 25 бэрам. Чтобы ясно было, много это или мало, скажу: годовая норма равнялась в то время 5 бэрам… Валентин Богдан и Виталий Суховилин получили тогда по 45 бэр. Я – 40 за семь дней, — рассказывает полковник.

— Представляете, восемь годовых доз за неделю! – акцентирует внимание на ситуации генерал Украинский. И продолжает: — У меня тоже есть «особые заслуги». Отношения с председателем республиканского Комитета Мухой были очень сложными. Мы говорили с ним очень жестко. И, видимо, решил он на мне отыграться. Вместо положенных 15 отработал я в зараженной зоне 29 дней. За это время уже две смены москвичей сменилось, две смены наших. А я все на месте. И без конца одно и то же: вот будет следующая группа и вас заменят. Но группы приезжали, уезжали, а я оставался «в обнимку с реактором». И так – целый месяц…

Четвертого мая 1986 года Виктор Клочко, Валентин Богдан и Виталий Суховилин, которые первыми встретились с горящим и рванувшим реактором, были отправлены для тщательного медицинского обследования и лечения в Москву, в Шестую клинику. В это специализированное медицинское учреждение Богдан поступил по счету из Чернобыля 198-м, Суховилин – 199-м, а Клочко – двухсотым. Чтобы сохранить жизнь, им трижды полностью переливали кровь. За время лечения чекистов, продолжавшееся до 3 июля, умерли 10 из 17 человек, работавших на четвертом блоке в ночь с 25 на 26 апреля. Степень их облучения была такой, что и после смерти они были сильнейшими источниками радиации. Поэтому хоронили их на Мытищенском кладбище в Подмосковье в железобетонных склепах.

Ему было только 59…

НУ а Припятский горотдел КГБ в составе подполковника Клочко, майора Богдана, капитана Суховилина, лейтенанта Матковского, капитана Мальцева, лейтенанта Шульгина, лейтенанта Кокорузы, капитана Рыбака и капитана Качана, закончив лечение, снова вернулся на работу в Чернобыльскую зону. Эта самоотверженная команда отслужила Родине в смертельно опасной закрытой зоне 193 дня. По медицинским документам значится, что ее командир, подполковник Клочко получил 82 бэра. Однако сведущие люди утверждают, что дозы облучения, полученные тогда чернобыльцами, занижены. В них не учитывалось попадание в организм мельчайших радиоактивных частиц, которыми был буквально пропитан воздух. И, видимо, это действительно так. Один из припятских чекистов, Анатолий Васильевич Качан, координировавший действия оперативного состава и обеспечивавший постоянную связь сотрудников горотдела со следственными группами УКГБ УССР и КГБ СССР, недавно умер. Ему было только 59 лет…

 

Автор: Евгений ПАСИШНИЧЕНКО.
КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 1
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.