сегодня: 20 ноября, понедельник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 25 от 10 февраля 2011 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня



Архив

  « Ноябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

  Главная / ДИСКУССИЯ / О медицине, о фалеристике и о себе

О медицине, о фалеристике и о себе
10.02.2011 , № 25 от 10 февраля 2011 г.

– Наш университет является одним из старейших, а по кадровому потенциалу, по количеству студентов — одним из крупнейших вузов Украины. У нас на 82 кафедрах работают 210 докторов наук и профессоров. При этом в университете восемь факультетов, в том числе факультет интернатуры и последипломного образования.

Примечательно, что в общей сложности за годы своей деятельности университет подготовил свыше 50000 специалистов, в том числе более двух тысяч иностранных граждан из 85 стран мира.

— Почему же тогда в наших больницах ощущается нехватка врачей?

— В регионе дефицит врачебных кадров составляет примерно 5000. Если допустить, что ситуация усугубляться не будет, при нынешних объемах выпуска специалистов мы сможем покрыть его только через десяток лет.

Дело в том, что, с одной стороны, количество абитуриентов, которых мы принимаем, ограничено лицензией. А с другой, — надо понимать, что медицинские вузы безразмерными быть не могут, ведь уровень наших будущих специалистов определяется не только обеспеченностью студентов учебниками и аудиториями, но и практикой, конкретными навыками. В связи с этим количество студентов, которых мы можем обучать, зависит также от пропускной способности лечебных учреждений. Поэтому в создавшейся обстановке особое внимание уделяем привлечению будущих врачей к работе по наиболее востребованным медицинским специальностям. Так, в этом году значительную часть выпускников направили работать педиатрами, врачами общей практики — семейной медицины, то есть специалистами по тем направлениям, которые наиболее дефицитны. Печально, что, прибывая к месту работы, люди порой сталкиваются со сложными условиями, связанными с отсутствием жилья, оборудования, при скромной величине зарплаты где-то в пределах 1600 гривен.

Актуален ныне вопрос и уровня подготовки врачей. Иногда он зависит от качественного уровня абитуриентов. В 90-е годы прошлого столетия мы попали в демографическую яму. С каждым годом абитуриентов становится все меньше. В такой обстановке очень трудно отобрать самых лучших.

— Случается, медицину связывают с коррупцией. Насколько распространено это явление в вашем вузе?

— Это беда всей системы высшего образования. Причины коррупции — наш менталитет, уровень жизни, когда достойным преподавателям платят недостойно низкую зарплату.

Тем не менее, полагаю, борьбу с этим явлением надо вести, невзирая на степени и звания, а начинать с трудовой дисциплины, с абсолютной гласности. Став ректором, я заявил, что любой студент, у которого что-то вымогают, может прийти ко мне и, даже не назвав своей фамилии, высказать претензии.

Считаю, что поборы со студентов — это унижение преподавателя и удар по престижу вуза. Я, например, плохо себе представляю, чтобы преподаватели именитых вузов, скажем, Оксфорда или Гарварда, брали у студентов взятки.

— Ректорские заботы тяжелы, не собираетесь ли вы проститься с практической медициной?

— У операционного стола стою уже 35 лет. Мой рабочий день в больнице начинается в полседьмого утра. Нагрузки огромные. Но отказаться от хирургии, как от части своей жизни, не могу. Ее даже на время оставлять нельзя. Утрачиваются профессиональные навыки, а восстановить их сложно, к тому же за десятилетия работы у меня сформировался огромный круг больных, и их тоже нельзя покинуть. Люди из многих городов и районов едут лечиться к нам в крупнейший в Украине Донецкий областной противоопухолевый центр. Он располагает солидным кадровым потенциалом и единственными в стране линейными ускорителями, разгоняющими частицы до сверхскоростей и локально воздействующими на какой-то пораженный участок организма.

В центре настолько успешно применяются новейшие комплексные методики, что если бы доводилось лечить лишь больных с I и II стадией заболевания, наверное, удалось бы исцелить всех. Но проблема в том, что к нам в 70 процентах случаев поступают люди с запущенными формами рака, и в том, что число случаев заболевания растет. Когда я только пришел работать молодым врачом, по Донецкой области регистрировалось 224 случая заболевания на 100 тысяч жителей, сегодня их 318.

— По вашим наблюдениям, можно ли говорить о наследственной предрасположенности к раку?

— Однозначно это утверждать сложно. Но, если, скажем, с раком молочной железы последовательно обращаются бабушка, мама, дочка, начинаешь задумываться о наследственности, о том, какой образ жизни семья ведет, что ест, пьет, в каких условиях проживает.

Например, если говорить о Донецкой области, то замечено: в южных, приморских районах, где высокая солнечная активность, люди болеют раком кожи чаще, чем в северных. В то же время не всегда обоснованы утверждения, что жители городов имеют онкологические заболевания чаще жителей села. Как-то по региону мы проводили исследования на тему распространенности заболевания раком легкого, и оказалось, что самый высокий его уровень в сельских рай­онах, в частности в Волновахском. Вероятно, это связано с тем, что в прошлом в почву там вносилось огромное количество пестицидов и гербицидов.

— О вас порой говорят как о серьезном коллекционере. Насколько это соответствует действительности?

— Уже около 40 лет занимаюсь фалеристикой (наукой о наградах, нагрудных знаках. — Авт.). Сначала увлекался военной тематикой, в отпуске работал в музеях и архивах Петербурга и Москвы, изучал, анализировал материалы, в результате издал несколько книг.

Теперь мне интересна тема спорта. В истории спорта СССР много белых пятен. Вот представьте, в 1936 году постановлением Совета Народных Комиссаров было одновременно создано 100 добровольных спортивных обществ. Они создавались по профессиональному признаку и носили названия “Каучук”, “Шерстянник”, “Лесоповал” и так далее. В 1961 году, после реорганизации, их осталось всего 36, в том числе шесть всесоюзных — “Водник”, “Динамо”, “Спартак”, “Локомотив”, “Трудовые резервы”, “Буревестник”.

Если позволит время, я обязательно напишу книгу и об этом.

 

Автор: Ирина ПОПОВА.
КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.