«Историю эту рассказал мне ветеран Григорий Петрович Маслов, – пишет в своем письме участник Великой Отечественной войны Владимир Егорович Евсиков. – Она показалась мне заслуживающей внимания, и я решил ее записать...»

Третий лишний

ГРИША оканчивал 10-й класс. Ему очень нравилась Оля из 8-го класса, но познакомиться с ней поближе он все никак не мог.

– Да какой опыт в таком возрасте? – вспоминал Григорий Петрович. – Мы тогда стеснялись открыто выражать свои чувства, робели и перед своими товарищами, и перед родителями, и тем более перед учителями.

Но вот я окончил школу. На следующий день после выпускного началась война, а 24 июня я получил повестку из военкомата на призыв и забежал домой к своему однокласснику Мише проститься. Каково же было мое удивление, когда там я увидел «мою» Олю. У нее были заплаканные глаза. Оказалось, Мише тоже пришла повестка. Я понял тогда, что у нее с Мишей любовь, не стал им мешать и быстро ушел.

Встреча на войне

СНАЧАЛА новобранцев наскоро учили стрелять по мишеням, разбирать и собирать винтовку и ручной пулемет, ходить в атаки и колоть штыком, копать окопы, не говоря уже об умении ползать по-пластунски. Научили быстро – и в бой. Обстановка того требовала: враг рвался к Москве.

Там, в боях под Москвой, Гриша получил легкой ранение, но вскоре снова вернулся в строй, в свою часть. Думал ли он об Оле? Думал. Думал часто. Сначала запрещал себе это, а потом решил, что тем самым он никак не навредит ей. Почему не подумать о хорошей девушке, пусть и не твоей?

А вот писать письма не решался. Ведь, во-первых, по сути, они не были знакомы, а во-вторых, это была девушка его товарища, а товарища предавать нельзя. Это Григорий знал твердо. Однако, думая о девушке, он додумался до того, что можно написать ей письмецо под благовидным предлогом — узнать что-нибудь о Мише. Обрадовался такому решению, да вспомнил, что не знает адреса Оли…

В сентябре 1943 года Гриша снова был ранен, и его отправили на лечение в тыловой госпиталь в Тулу. Ранение было тяжелым. Но организм – молодой и сильный – постепенно справлялся с недугом. А когда он уже основательно поправился, ему разрешили выходить во двор – дышать свежим воздухом. И вот однажды среди вновь прибывших раненых он увидел… Мишу. Григорий искренне обрадовался однокласснику, проводил его в палату. Естественно, первые вопросы были о родных и близких и само собой — об Оле.

– Девушка? Какая девушка? – не понял вопроса Миша. – У меня дома не было девушки.

– Ну так Оля же! – напомнил ему Гриша. – Я когда к тебе забегал, она плакала и обнимала тебя.

– Ах, Олька! – воскликнул Миша. – Так она мне родная сестрица, а не моя девушка…

Григорий тут же уточнил его домашний адрес и написал первое письмо Оле, в котором сообщил ей о своей давней и безнадежной любви. Конечно, написал и о встрече с Мишей, а еще о том, что адреса своего сообщить не может, так как через несколько дней его должны были выписать из госпиталя и направить в часть. Куда именно, он пока не знал. Как только оказался на месте службы, сразу же написал девушке. И она, к его великой радости, ответила.

...До победы было еще далеко, Григорий снова был ранен. И теперь его буквально спасала переписка с Олей. Она тоже очень надеялась, что они наконец-то встретятся по-настоящему.

– Не буду тянуть время, – рассказывал Григорий Петрович Маслов, поглядывая на часы в ожидании прибытия поезда. – Мечты наши сбылись. Война закончилась нашей победой, и через полгода я вернулся в свой шахтерский городок. Мы с Олей не теряли времени на ухаживания и вскоре поженились. Хорошую и достойную прожили жизнь. Честно трудились, получили квартиру и все другие блага от советской власти, вырастили сына и двух дочерей, имеем внуков.

Душа болит

– НА СТАРОСТИ ЛЕТ мы с Олей с грустью вспоминаем то время, – вздохнул ветеран. – В боях ценою стольких жизней и такой великой крови отстояли независимость Родины, возродили страну, разрушенную войной. Так и не можем понять, как можно было допустить возврат капитализма, и продолжаем надеяться, что власть народа вернется.

– А что же Миша?

– Миша погиб в конце войны. Он знал о нашей переписке и наших чувствах, но разделить нашу радость, увы, ему не довелось, как не довелось самому стать счастливым мужем и отцом. Увы, это была судьба многих моих современников, ушедших на фронт сразу после школы. Они пожертвовали своей жизнью ради достойной жизни будущих поколений. А сейчас душа болит, когда думаешь, что произошло с великой страной...