сегодня: 20 июля, пятница
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 71 от 23 мая 2006 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Архив

  « Июль 2018 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

  Главная / НОВОСТИ ПОЛИТИКИ / Развод по-украински

Развод по-украински
23.05.2006 , № 71 от 23 мая 2006 г.

“Чепуха совершеннейшая делается на свете”.

Николай Гоголь.

В горинской киноповести о бароне Мюнхгаузене есть эпизод в ганноверском суде. Идет бракоразводный процесс. Баронесса витийствует на трибуне, а Карл спрашивает у стоящего рядом горожанина: “О чем это она?” — “Барона кроет”. “Что говорит?” — “Ясно что: подлец, говорит, псих ненормальный!” — “И чего хочет?” — “Ясно, чего: чтоб не бросал” — “Логично”, — заключает Мюнхгаузен.

В поразительно сходном стиле глава правления “Экспресс-Банка” Юрий Джус ведет медийную кампанию против своего основного клиента — “Укрзалiзницi”. Та неожиданно вознамерилась было распрощаться с негодящим финансовым оператором.

Публичной эта история стала недавно, да и вызрела скоротечно. Дело в том, что 11 лет кряду “железка” владела контрольным пакетом указанного банка, который, по меткому определению гендиректора “УЗ” Василия Гладких, был для Дороги чем-то вроде “производственного филиала”. Размещался в помещениях “Укр­залiзницi”, свои немногочисленные банкоматы выставлял на вокзалах, в депо и админстроениях ведомства, его первое отделение и поныне находится в здании главного столичного офиса железнодорожников на Тверской. Одним словом, в сознании людей “Экспресс-Банк” был своим.

Кто кому изменил

В результате пересменки власти в 2004 году на командные посты в отрасли пришли новые лица и, продолжая разоблачать своих предшественников, легко и незаметно изменили статус “ЭБ”. Эмиссия составила 26 миллионов гривень, и таким образом 26 тысяч именных акций номиналом по “сотке” каждая, так изменили уставной капитал банка, что “Укр­залiзницi” осталась сущая ерунда — чуть больше 17%. Из государственного “Экспресс-Банк” в одночасье стал частным. И, разумеется, с огоньком принялся обслуживать активы бывшего владельца. Благо, поработать всегда было с чем. Скажем, по свидетельству начальника главного юридического управления “УЗ” Виктора Анисимова, при совокупных миллиардных оборотах всех подразделений “железки”, банк на одних операциях с главным клиентом ежегодно может зарабатывать миллионы долларов. Впрочем, идиллия продолжалась меньше года — ровно до тех пор, пока главой государственной администрации железнодорожного транспорта Украины не был назначен Василий Гладких. Он вник в существо вопроса и очень удивился сложившейся ситуации.

“Экспресс-Банк” к тому времени в качестве доверенного учреждения ни по каким показателям “Укрзалiзницi” не подходил. Во-первых, никто не знал его истинных владельцев (не путать с учредителями), стало быть степень риска для размещенных в нем капиталов вообще не поддавалась оценке. А Дорога — не свечной заводик, сюда, кроме собственных средств, регулярно “заходят” крупнейшие еврокредиты, и кто может поручиться за их сохранность? Не хочу бросить ни малейшей тени на репутацию конкретно “Экспресс-Банка”, но проконтролировать частное финансовое учреждение еще никому не удавалось.

Беспокоила Гладких и неспособность банка обеспечивать оперативное выполнение самой чувствительной для 460 тысяч железнодорожников услуги — зарплатного проекта. На апрель “ЭБ” располагал всего 240 банкоматами. К примеру, даже во Львове их было только три, а в районных центрах они вообще отсутствуют. За кредитами “железке” приходится ходить в “чужой” банк, да и проценты по обслуживанию еще в начале года заметно превышали те, что приняты у коллег. Впрочем, эта история слишком известна, чтобы повторять доводы, которые склонили главу “УЗ” к естественному решению о смене эксклюзивного банка. И Гладких начал переговоры с рядом других кандидатов. Предложения, которые он услышал от них, делали сотрудничество с “Экспресс-Банком” просто одиозным. И “Укрзалiзниця” подписала протокол о намерениях с “ПриватБанком”. Вот тут и началось.

Атака — лучшая защита

“Протокол” в переводе с греческого означает “первая склейка”. Но и ее оказалось достаточно, чтобы за первую неделю вышедшего наружу конфликта председатель правления “Экспресс-Банка” Юрий Джус наговорил сколько и такого, что перевернуло все представления о нормах публичного ведения дел в банковской сфере. Постановка вопроса и впрямь была неслыханной. Любая “акула Уоллстрита” вам скажет: первая задача банка при наступивших или возможных ему угрозах — до последней секунды убеждать всех вокруг, что у тебя все о’кей! Иначе “дом денег” трещит по всем стоякам и проседает будто подкошенный. Но “Экспресс-Банк” повел себя новаторски. Юрий Джус первым делом громогласно заявил, что готовящийся перевод расчетов “УЗ” в “ПриватБанк” означает для его учреждения фактическое банкротство. И привел цифры, не оставившие сомнений в обоснованности его прогноза. Ведь по состоянию на 1 апреля 2006 года депозитный портфель юридических лиц в “ЭБ” составлял 240 миллионов 617 тысяч гривень, из них “железнодорожных” — 168 миллионов 940 тысяч. По физическим лицам ситуация была и вовсе аховая — едва ли не все держатели депозитов на общую сумму 218 миллионов 179 тысяч гривень — люди Дороги. Представьте на секундочку, что эти средства из банковского обихода изымаются. Тут ему, болезному, и славу поют. А поскольку грядущий “развод” был смерти подобен, банк нажал на все педали и рычаги. По­шли письма в Минтранссвязи, Кабмин, СБУ, Генеральную прокуратуру. Упреждающе — иски в Хозяйственный суд Киева. Повод искали недолго: “залiзниця”, по мнению банка, обязана закупать товары, работы и финансовые услуги с точным соблюдением тендерных процедур. Этого произведено не было, следовательно, соглашение между “УЗ” и “ПриватБанком” должно быть признано недействительным. Суд, в соответствии с буквой закона, взял дело в производство, а в качестве вспомогательной меры, защищающей обеспечение иска, запретил любые действия в рамках готовящейся “коалиции”. И уже не имело значения, что Тендерная палата Украины, а следом и Нацбанк в течение недели в один голос разъяснили “Укр­залiзницi”: согласно Хозяйственному кодексу страны, она вправе обслуживаться в любом из банков Украины по собственному выбору, а в соответствии с Законом “О финансовых услугах...”, вовсе не обязана применять процедуру государственных закупок, что было единственной юридической зацепкой истца. Решение вопроса перенеслось в непроглядную перспективу — техника судебных проволочек у нас освоена в совершенстве.

Не утихало и медийное возбуждение. Банк поносил “Укр­залiзницю” за неверность, устрашал всеобщей паникой среди клиентов и даже подрывом доверия ко всем банкам в стране. По особому плану работали компетентные органы. Приходили с проверками, вызывали для объяснений должностных лиц “УЗ”, слали запросы и предписания, все теснее увязывая финансовое состояние “Экспресс-Банка” с дестабилизацией банковской системы вообще и существенным ущербом для интересов Украины в частности. И никто при этом даже не поинтересовался мнением на этот счет самих банкиров. А зря.

Устами сведущих

Вот они как раз вовсе не склонны преувеличивать значение данного инцидента. К примеру, президент “НРБ Украина” Вячеслав Юткин считает, что подобная ситуация характерна для 30-40 украинских банков. Все они являются заложниками крупных клиентов, и для них в любой момент может наступить цепная реакция крушения. “У таких банков будущего нет”, — заключает он. А что касается непосредственно “Экспресс-Банка”, то господин Юткин отметил: “К сожалению, до сих пор не ясна картина перераспределения его акций, и уход основного акционера — железной дороги — из их числа. Я думаю, что это заслуживает дополнительного освещения”.

Того же мнения и председатель Ощадбанка Александр Морозов. “У нас все еще существует непрозрачная система владения банками. Очень часто мы не имеем ни малейшего представления об их собственниках. Как и в случае с “Экспресс-Банком”. Какая миссия у его владельцев, какова программа? Она кулуарна и неизвестна даже экономическим экспертам. Это существенная проблема. И я понимаю сомнения руководства “УЗ”. Хотя совсем не против того, чтобы частные лица у нас могли заработать. Но тогда возникает правомерный вопрос: почему таким же образом не может зарабатывать и само государство, создавая эффективные механизмы по обслуживанию счетов своих ведомств и предприятий? Считаю, что здесь должна быть определенная дискуссия”.

Ему вторит и заместитель председателя правления Брокбизнесбанка Владимир Клименко: “В “Экспресс-Банке” — противоречие. Банк — частный, а обслуживает крупнейшее государственное предприятие. Вот если бы “Укрзалiзниця” работала с Ощадбанком или Укрэксимбанком, таких проблем не было бы никогда”.

Спокойные суждения знающих свое дело профессионалов. Достойные того, чтобы их учли вершители судеб — банков и корпораций.

Непосаженые
отцы

“Укрзалiзниця” для “Экспресс-банка” — предприятие образующее. Условно говоря, недоросль взобрался на плечи великана, и там ему бесконечно хорошо. Он не по росту значим, ему открыты все горизонты, калорийное питание подается бесперебойно. Живи и радуйся. Так что вся сопутствующая медийная “пиротехника” — лишь тактическая “пурга”, решающая единственно важную задачу — как можно дольше удерживать в плену донора-клиента. Кормилец-Гулливер, правда, брыкается, но этот дискомфорт смешон по сравнению с нормой прибыли. Когда еще наша сонная Фемида соизволит расставить все точки над “i”, а каждый день в “браке” с “железкой” год кормит. Вот и волокитят. Причем весьма умело. Отчаянно бьются за свой интерес. Не возбраняется. Молодцы. Удивляет другое. Что это за казус такой, что столь влиятельные и авторитетные инстанции державы единым фронтом выступили на защиту частной компании, которая самым варварским способом, извините за выражение, “доит” мощнейшую государственную корпорацию и еще умудряется выглядеть пострадавшей? Этот коммерческий малыш кажется всемогущим. Хотите взять у него собственные деньги — приготовьтесь к визитам прокуроров и службы безопасности, не мешкая, отправляйтесь в суд — хорошо хоть не сразу на эшафот, — и начинайте готовить объяснительные и докладные. Небо вскоре вам в рогожку покажется. И никто не спросит: а почему это так бездарно уходят на ветер государственные деньги? Почему Генеральная прокуратура не заинтересуется самим “Экспресс-Банком” — к примеру, при каких обстоятельствах он так по-английски сделал государству ручкой? И почему “Укрзалiзниця” перед ним — “Монблан перед Пулковской горою” — вынуждена стоять на задних. Вы уже, конечно, догадались — у банка, без сомнения, самые высокие покровители, сиречь, владельцы-заступники. Но фамилии этих Зевсов и Юпитеров мы, чтоб вы и не сомневались, не узнаем никогда. А жаль.

Люди и маски

В этом деле, полном странностей и нестыковок, особо невнятной выглядит позиция министра транспорта и связи Виктора Бондаря. Он не только мало что сделал, чтобы стать на защиту своего авангардного подразделения, но и с трудно объяснимой настойчивостью прямо или косвенно отстаивает интересы частной структуры в ущерб государственной администрации железнодорожного транспорта. С чего бы это? Свет на истоки столь алогичного поведения Виктора Васильевича проливает первое обращение к нему его же заместителя Николая Щербины. Хотя в докладной записке, подготовленной неким Ю.В. Смаровозом, и утверждается, что она есть итог изучения информации по данному вопросу, по сути своей документ является расширенным пересказом письма главы “Экспресс-Банка” на имя министра. Причем в департаменте его усилили аргументами, затягивающими юридическую удавку на горле “железки”. И заключает внутреннее послание вывод о целесообразности поручить “Укрзалiзницi” устранить последствия ее “противоправных” действий, а в дальнейшем строго руководствоваться требованиями закона о порядке закупок услуг исключительно на конкурентных началах. Вот только чья целесообразность при этом имеется в виду — не тайных ли покровителей ушедшего из государственного лона банка? И с какой стати господину Смаровозу проявлять о них такую редкую заботу? Почему он, наконец, так охотно подхватывает версию Юрия Джуса об обязательности для Дороги пресловутых “конкурентных начал”, если они, как мы уже знаем из разъяснений Нацбанка и Тендерной палаты, нужны ей в этом случае, как двухпудовая гиря одинокому путнику в жаркой пустыне. А ведь чтобы снять надуманную версию банка, было бы достаточно банального звонка в Тендерную палату, ну, от силы — полстраничного запроса. Но выходит, что истина в данном случае в этом ведомстве никого не интересовала.

Министр же, доверившись докладной своего заместителя, все свои последующие указания подчиненным структурам, как и ответы в прокуратуру и Службу безопасности страны строит, исходя из предоставленной ему “аргументации”. Те, кому это выгодно, безоговорочно удовлетворены, а интересы “УЗ” — государственные интересы! — в расчет никем не берутся. С чего бы это? Множить вопросы дальше и наращивать догадки, скорее всего, не имеет никакого смысла. Оставаясь в таком банке, “Укрзалiзниця” с каждым часом теряет свои кровно заработанные деньги, которые ей сегодня нужны как никогда. А вследствие чего это происходит: из-за халатности или по злому умыслу — не так уж и важно. От перемены причин сумма убытка не меняется. На днях уже Василий Гладких отправил в Минтрассвязи обстоятельное письмо своему шефу, содержащее безоговорочное опровержение “линии защиты” “Экспресс-Банка”, низложение всех его утлых “аргументов” — с надеждой на взвешенное и государственно ориентированное решение Виктора Бондаря. Вот интересно: оно ляжет на стол министра самостоятельным обращением или будет снабжено концептуальным предуведомлением господ Щербины и Смаровоза?

И, напоследок, стоило бы сказать и о том, что новым владельцам банка могло бы и больше повезти в жизни, не окажись на их пути Василий Гладких. Ведь любой сообразительный сударь на его месте, прознав, меж каких жерновов угодили его зернышки, не медля обозначил готовность к подчинению и жил без проблем, не добавляя себе головной боли. Но Гладких генетически не способен притворяться спящим. Не тот замес натуры. Есть еще на свете такие чудаки. И пока на своем месте. Об этом тоже следует сказать отдельно. Ведь сюжет, который судьба разыгрывает с главой “УЗ”, тривиальным не назовешь. После “кораблекрушения”, которое его партия потерпела на парламентских выборах, многие недруги Гладких радостно потирали руки — теперь-то он наверняка уймется. Интернет дружно примерял на него тогу мученика и неудачника — тот случай! А он, как оказалось, каким-то образом умеет вдохновляться уверенностью прежних продуктивных и по-своему прекрасных лет. И не скисает. Напротив. Продолжает жить и работать бодро, программно и жадно. Он вообще из тех, кто не разделяет философии обреченности правого дела в нынешних временах, при всем реализме оценок происходящего. Так, в одном из интервью он искренне выдохнул: “Я же понимаю, что нарушил один из основных законов власти — не разрушай чужие кормушки!”. Но иначе — не может. И я его понимаю. Дело, в конце концов, не в деньгах. Настоящие победы — духовные. Как здесь можно уступать? Не скрою, была бы у нас в стране сегодня Доска Почета, точно поместил бы туда Гладких.

Сорвать стоп-кран в его “экспрессе”, разумеется, можно — кого у нас не схарчили в угоду корыстным целям? Но Василий Иванович, признаем, все-таки “крепкий орешек”. Об него можно и зубы обломать. Поэтому действуют обложно. Мол-де, сейчас главное потянуть время, а там свеже­испеченная парламентская коалиция начнет заполнять правительственную “шахматку”, глядишь, а Гладких уже и нет — не вписался в расклад сил. Нет человека — нет и проблемы, этому еще горец научил. Вот вам еще одно объяснение медлительности процесса вокруг тяжбы с “Экспресс-Банком”. Не зря же Интернет вследствие чьего-то усердия полнится домыслами — то Гладких уже отправлен в отставку, то готовит почву для эмиграции. Нашли перебежчика! Ясно одно — Гладких золотые шевроны своей должности ценит только в “пакете” с возможностью работать здраво и независимо — в особенности от прихотей господ с промышленным взглядом на госсобственность: мастаков утянуть, что где плохо лежит. Но дело, однако, лишь этим аспектом не ограничивается.

Есть еще один, и довольно принципиальный, момент ситуации. Некогда один французский деятель едко заметил: “Революция — это 100 тысяч вакансий”. После майданного обновленческого порыва во власть двинули когорты людей, чьи имена с неизбежностью связывают с командой нынешнего президента. И все дела сего кадрового призыва рассматриваются только в связке с линией главы государства, даже самые частные случаи. Как тот же эпизод с “Экспресс-Банком”. Его увели у державы в президентскую бытность Виктора Ющенко — разве оспоришь? И как подобный шаг могут оценить нормальные люди? Единственно возможно — как еще одну подставу главы государства. Остается только сожалеть, что у президента нет службы, отслеживающей деяния ударников игры на понижение его авторитета. В любом случае, сейчас знаково необходимо вмешательство в конфликт, уж не знаю кого, возможно президентского секретариата, чтобы пропорции и светотени этой вздорной ситуации вернуть к очевидно попранной норме. Нельзя же бесконечно подставляться.

В уже упомянутой горинской киноповести есть эпизод, когда сын барона Мюнхгаузена, бестолковый Теофил, в нетерпении вопрошает свою хладнокровную мать: “Так это он или не он?”. На что Якобина фон Дуттен воспитующе отвечает: “Не можешь подождать минуту?”. И вслед за тем торжествующе вопит: “Это он! Карл, я узнаю тебя! Фео! Что ж ты стоишь? Разве не видишь? Это твой отец!”. “Па-па!”. Мы, собственно говоря, обо всем и обо всех фигурантах процесса “Экспресс-Банк” против “Укрзалiзницi” уже узнали. Но обществу в радостный галоп пока бросаться рановато. Явно требуется последнее решение. Суда-ли, “бургомистра” — не так уж и важно. Главное, чтобы в итоге неравный “брак” Моськи и слона был расторгнут. Дороговато он обходится стране.

 


КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.