сегодня: 20 сентября, среда
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 160 от 03 сентября 2008 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня




Архив

  « Сентябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  

  Главная / ВЕСТИ ИЗ РЕГИОНОВ / Эксперимент радости не добавляет

Эксперимент  радости  не  добавляет
03.09.2008 , № 160 от 03 сентября 2008 г.

Эксперимент  радости  не  добавляет

Провозгласив “новую концепцию” развития угольной отрасли, нынешнее правительство, Минуглепром заявили о намерении поднять уровень оплаты
и безопасности труда горняков до европейских высот. И не только заявили, но и начали “смелый эксперимент”. Перевели семь шахт Донбасса и Львова на почасовую форму оплаты труда. Так, мол, угольщики и деньги будут иметь достойные, и правила безопасности в “погоне за гривной” нарушать не станут. Ну и добыча, конечно, будет хорошая. Так размышляли в Углепроме и в Доме правительства. А что выходит на деле?

«Не  без  сложностей,  но  удачно...»

— СКАЖИ, пожалуйста, обязана ли я по распоряжению главврача платить ежемесячно 20 гривен в фонд больницы? — спросила меня как-то медсестра одной из детских поликлиник.

— Нет, не обязана, — отвечаю. — Добровольные взносы — они потому и добровольные, что ты сама имеешь право решать: платить или не платить...

— Да? Попробуй не заплатить — сразу с работы вылетишь! — воскликнула она.

Вот так и повелось. Платят у нас “добровольно” родители школьников и дошколят, сотрудники и пациенты лечебных учреждений, работники бюджетной сферы и предприниматели. Страх потерять работу или нажить врага — типичные причины, питающие солидные потоки финансов, стекающихся во всевозможные “фонды” и “кассы”. Эти же причины выходят на авансцену, когда заходит разговор о нарушениях при начислении и выплате заработной платы, технике безопасности на производстве, взаимоотношениях начальства и работников наемного труда. Без записи, анонимно говорят много и охотно. Но стоит включить диктофон или камеру, как тотчас: “Я ничего говорить не буду! Мне здесь еще работать”...

Так случилось и при попытке получить авторитетный комментарий по поводу эксперимента правительства Тимошенко с переводом работников угледобывающих компаний на почасовую оплату труда.

Как известно, 1 июля новая схема заработала на семи украинских шахтах, среди которых были и две луганские — шахта имени XIX партсъезда госпредприятия “Луганскуголь” и шахта № 81 “Киевская” госпредприятия “Ровенькиантрацит”.

— Приезжайте, я дам комментарий, и с шахтерами поговорите, — приглашал один из руководителей среднего звена шахты “Сутоган” (имени XIX партсъезда). Но как только узнал о том, что беседа наша будет фиксироваться записывающим устройством, тональность резко изменилась: “Вам следует согласовать это с высшим руководством. Позвоните в “Луганскуголь”, если там дадут “добро” — будем разговаривать”.

— А зачем вам ехать на шахту? — удивились в “Луганскугле”. — Мы и сами можем дать комментарий. Эксперимент проходит удачно. Не без сложностей, конечно, но на то он и эксперимент.

Однако на шахту мы все же поехали...

У  горняков  другое  мнение

Шахтеры в деньгах потеряли. Из трех бригад шахты имени XIX партсъезда только одна оказалась “в плюсе”. Остальные получили меньше обычного. Так две бригады ГРОЗ потеряли в сумме почти полторы тысячи гривен.

Провал эксперимента сами шахтеры связывают с изношенностью оборудования, на котором приходится добывать уголь.

Сергей К.: “Правительство объясняет, что этот эксперимент поможет снизить аварийность и уменьшить количество несчастных случаев — мол, шахтеры гонятся за добычей, поэтому нарушают охрану труда. А вот при почасовке они будут работать спокойно. А я так скажу: ерунда это все. Аварийность не от этого зависит. Вот нам перед Днем шахтера дали металл для крепления и сказали: “До конца года больше не ждите!” Ну и крепим чем попало. Ленты рвутся, все на честном слове держится. Пусть хоть золотыми слитками платят, а если оборудование рухлядь — такой будет и результат...

Из-за постоянных поломок бригады простаивают”.

— Отсюда и причина неудачи новой схемы, — говорит один из бригадиров. — В Европе, например, бригадир знает: чтобы добыть тонну угля, ему необходимо столько-то масла, такое-то оборудование, он может держать всю технику под контролем. У меня же сейчас ничего этого нет...

Роман Т.: “А если авария? Бывает же, что мы по две-три смены стоим. Не работаем. Поэтому начальство может запросто заявить: а за что вам платить, если ничего не добыли?”

На  кой  нам  уравниловка?

Заработок шахтера должен в первую очередь зависеть от количества добытого угля, а не от того, что он приходит на работу. А почасовой оплатой человека просто заставят делать большую норму. Если он ее не выполнит, будет наказан, и это отразится на зарплате. В обратную сторону. И кто может гарантировать, что эту норму еще завышать не будут, чтобы платить меньше? Кроме того, если увеличить до 80 процентов долю тарифной ставки в общем объеме оплаты труда, то в бюджет нужно будет внести колоссальные изменения, надо пересмотреть всю систему поддержки угольной отрасли. Все это дополнительные миллиарды гривен.

Новая схема не устраивает шахтеров еще и потому, что тариф по оплате у всех одинаков. И для слесаря, и для рабочего очистного забоя — того, кто целый день проводит в лаве.

Виталий Я.: “Совершенно непонятна и возмутительна система уравниловки. Получается, что и машинисты, и слесари, и горные инженеры, и горнорабочие очистного забоя будут получать одинаково? Извините, но у них разные условия труда. Разная степень напряжения. Как объяснить тому же ГРОЗу, который под смертью ходит, почему он получает столько же, сколько и тот, кто в шахту, может, раз в неделю спускается?!”

Алексей М.: “Расценки, конечно, смешные (15 гривен за час). Я работаю шесть часов, и три часа уходит на то, чтобы добраться до участка и вернуться из шахты. Так что, за эти три часа мне ничего платить не будут? Но я же ведь не танцую в это время и не сплю. Да и если посчитать: у меня 21 выход в месяц. При таких расценках я буду получать от силы две тысячи. А сейчас я зарабатываю около пяти. Нет, меня такие нововведения не устраивают. Вот если бы за час платили, как на Западе... В Германии, говорят, за час шахтер получает 10 евро. Так это же совсем другое дело!..”

С началом эксперимента горные мастера, специалисты отдела труда и зарплаты буквально “утонули” в кипах бумаг, которые надо теперь заполнять. Поэтому и “новую систему” все они оценивают негативно.

Руслан Н.: “Каждый день приходится ломать голову, как закрывать ведомость. Поэтому и закрываем и по старой, и по новой схеме одновременно. Лично я считаю, что на сегодняшний день мы просто технологически не готовы к такому эксперименту. Вдобавок техника до предела изношена... “

Александр Ш.: “Почасовую оплату труда нужно дополнить хорошо рассчитанными и обоснованными нормами выработки, иначе это будет не работа, а “отбываловка”. И если уж правительство так печется о зарплатах шахтеров, пусть отсчитывает не от минимальной зарплаты, которую утвердила Верховная Рада, а от установленных в угледобывающей отрасли тарифов...”

Нет  стимула  к  работе

Сейчас, по данным Минуглепрома, в стратегической отрасли Украины работает почти 200 тысяч человек, средняя зарплата которых составляет около 3 тысяч гривен. Если говорить о предприятиях Луганской области, то на самых успешных из них средние заработки такие: “Свердловантрацит” — 2975,6 гривны, “Краснодонуголь” — 2958,3 гривны, “Ровенькиантрацит” — 3128,7 и  “Луганскуголь” — 2766 гривен.

Если произвести несложный подсчет, то получается впечатляющий результат: экспериментальный вариант может “нагреть” шахтеров примерно на 480 миллионов гривен. Исходя из усредненного показателя.

Около 200 гривен теряет тот, кто получает среднюю зарплату. А если больше? Скажем, заработная плата горнорабочих очистного забоя объединения “Краснодонуголь” с начала года увеличилась до 4375 гривен. А в июле она составила уже 4658 гривен.

По словам первого заместителя председателя Луганского теркома профсоюза угольщиков Юрия Сопильниченко, почасовая схема абсолютно не стимулирует горняков к труду. Мало того. По его мнению, уже первые полученные результаты показали ошибочность правительственного эксперимента.

— Предположим, человек зарабатывает в смену 100 гривен, а его тарифная ставка — 50 гривен, — поясняет он. — По новой схеме на эти 50 гривен начисляют 20 процентов премии, другие добавки. А по старой схеме все эти “плюсы” идут на 100 гривен. Так какая же рабочим от новшества выгода?..

Согласно официальным данным того же Минуглепрома, по результатам первого полугодия угледобывающие предприятия Луганской области выдали на-гора 13 миллионов 302 тысячи тонн угля. План перекрыт  почти на 5 процентов. Выполнение программы обеспечили почти все угольные предприятия Луганщины. И лучше других работали именно горняки ГП “Луганскуголь”.

Но если экспериментальная схема оплаты станет на украинских шахтах рабочей, вряд ли Луганщина порадует подобным результатом.

Луганск.

 

Автор: Наталия МАКСИМЕЦ.
КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.