сегодня: 21 ноября, вторник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 154 от 23 августа 2008 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня




Архив

  « Ноябрь 2017 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11 12
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30      

  Главная / НОВОСТИ ПОЛИТИКИ / Суверенный Гриша

23.08.2008 , № 154 от 23 августа 2008 г.

Вообще-то эта статья сделана на грани двух жанров — фельетона (потому что уж очень смешная ситуация) и очерка (потому что речь идет о совершенно реальном человеке). Начну с того, что Гриша коренной киевлянин. Что называется, типичный. И история его проживания в Киеве вполне типичная, я бы даже сказал, эталонная. Родился и вырос Гриша возле Бессарабки. Тут школу окончил, отсюда ездил на учебу в Политехнический институт, тут женился. Да и работать начинал рядом, на Круглоуниверситетской. И жена у него — из соседнего двора. Потом грянула независимость, вуйки с полонины решили стать вуйками с Бессарабки, и Гришино семейство отселили на Троещину. Войдя первый раз в пустую квартиру панельного дома и увидев в окно недалекую стену противоположного дома, Гриша долго излагал свое разочарование в жизни на чистом русском мате, хотя, конечно же, как всякий коренной киевлянин, он знает три языка: украинский, русский и киевский суржик. Родители у него тоже эталонного советского расклада: папа, чистокровный украинец, служил “срочную” в России и привез себе русскую жену из города Иванова, который тогда был действительно городом невест союзного значения.

Знаком я с Гришей добрых лет 20, но встречались мы редко, зато всегда на Крещатике. Ведь чем Киев хорош, в отличие, скажем, от Москвы или Нью-Йорка? Идешь по Крещатику и обязательно встретишь знакомые лица. А иногда и друзей. Вот так мы с Гришей и встретились: я шел в метро, а он оттуда выходил. Главное отличие киевлянина от москвича заключается в том, что киевлянин (настоящий, не в первом поколении) не бегает по улицам, как оглашенный, а идет степенно, если даже спешит. И, встретив давнего приятеля, настраивается на душевный разговор под выпить-закусить. При этом выпить-закусить-поговорить у коренных киевлян каким-то таинственным образом происходит обязательно на Подоле. Сколько там идти от Крещатика до Подола?! К тому же на Подоле исстари, кроме роскошных ресторанов, не переводится масса кафешек на открытом воздухе, которые в Киеве называют генделиками.

Вот в одном из таких генделиков, выпив стопочку и закусив сомнительной колбаской, Гриша сразу объявил тему задушевной беседы: “Все, я отделил себя от государства...” — Несколько ошарашенный, я спросил: “Ты объявил суверенитет своей квартиры на Троещине?!” — “Не совсем так, — отбросил юмористический тон Гриша, — Считай, что я ярый сепаратист, который добился суверенитета свой личности и отделил ее от государства”. Когда мужику хорошо за 50, таким заявлениям надо верить. “Государство — это я...”, — снова попытался я пошутить. “В точку, — сказал Гриша, — мы с Людовиком одними и теми же словами выражаем совершенно разные понятия. Давай бахнем по рюмашке, и я тебе кратко изложу суть”.

Отчего же не “бахнуть” с хорошим человеком, которого не видел почти десять лет! Надо отметить, что Гриша “технарь”, чего-то там по механике. “Так вот, — сказал он, — Когда Союз развалился, а потом в Украине ворье и болтуны пришли к власти, я оказался на улице без денег и перспектив. А за спиной жена, двое детей, старые родители. “Челночить” уже было поздно, стоять на Троещинском рынке и торговать под бандюками — не в моем характере. Пошел я в грузчики, эта профессия никогда не умрет. Вот тогда и решил: надо отделяться. У моей жены дом в деревне, земли соток тридцать, хорошей земли. Вот я эту землю года за три и привел в порядок, все мои сотки работают. Помидоры выращиваю, огурцы, картошку, зелень и прочую там редьку с редиской. Сдаю оптовикам, а по осени-зиме пашу на строительстве коттеджей, строек сейчас в моей деревне и в округе сотни... На выборы не хожу, газет не читаю, по радио — только музыку, на телевизор времени нет. И все их майданы и свары — мимо меня. Детей к бабушке в Иваново отправил, там учатся, подальше от голодоморов и шухевичей. Нервы стали крепкие, машину купил, стал классику читать, раз в месяц на Петровке хорошие бабки оставляю, будет детям библиотека...”.

Тут я его прервал. “Гриша, — говорю, — я что-то не понял, а суверенитет-то твой в чем заключается?” — “А в том и заключается, — ответил очень серьезный Гриша, — что мое государство — это мои тридцать соток, я сам по себе” — “Так ведь такое “государство” завоевать — раз плюнуть. Причем вполне почти законными способами”, — говорю ему. — “А пусть попробуют. Я, между прочим, коренной украинец, служивший “срочную” в десанте. Я в суд подавать не буду, я сразу кое с кем крупно поговорю — и в леса. Партизанить”.

Вот такой интересный разговор у нас получился. Вроде бы и чушь, а вот и сам теперь подумываю: не отделиться ли и мне от государства?! Каким-нибудь другим, но надежным способом.

 

Автор: Евгений КОРОТКОВ.
КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.