сегодня: 16 июля, понедельник
карта сайта обратная связь расширенный поиск
 искать

Выпуск № 149 от 16 августа 2008 г.

 
Регистрация Вход
ПЕРВАЯ ПОЛОСА ВЛАСТЬ ПОЛИТИКА РЕГИОНЫ ЖИЗНЬ РЕКЛАМА ПАРТНЁРЫ КОНТАКТЫ ПОДПИСКА
Подписаться на наше издание через Интернет можно на сайте ГП "Пресса" www.presa.ua с помощью сервиса "Подписаться On-line"
Акценты дня




Архив

  « Июль 2018 »  
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

  Главная / НОВОСТИ КУЛЬТУРЫ / Великий мифотворец

16.08.2008 , № 149 от 16 августа 2008 г.

Максимилиан Волошин, безусловно, чрезвычайно талантливый и самобытный поэт, художник и мыслитель. Но его слава тесно связана с местностью, где он прожил много лет — Коктебельской бухтой. Впрочем, не будь Волошин поэтом, художником и мыслителем, влюбленным в Коктебель бесконечно, не было бы и этой славы. Ему удалось создать волошинский Коктебель. Он не просто опоэтизировал эти места, а в хорошем смысле присвоил их себе. Всякий, кто побывал в доме Волошина, невольно подчиняется духовному миру его хозяина и уже смотрит на Коктебель его глазами.

Дом-корабль

ЗДЕСЬ бывали и подолгу жи­ли многие знаменитости. Но именно Волошину удалось сделать Коктебель своим и добиться того, что он стал главной фигурой в этих краях. Родился Волошин в Киеве, жил в Петербурге и Москве, много путешествовал по Европе, но “родину духа” обрел в Коктебеле и в 1917 году решил осесть навсегда в этом чудесном уголке у подножия Кара-Дага.

Впрочем, знаменитый дом был построен гораздо раньше, на участке, купленном его матерью. Нынешний его облик рождался постепенно. Максимилиан Александрович сам разрабатывал проект, несколько раз менял планировку, пока наконец не был удовлетворен окончательно. Он высокопарно называл свой дом кораблем, плывущим в вечность. Террасы именовал палубами, а верхнюю, на которой всегда стоял телескоп, — капитанским мостиком. Сегодня дом несколько теряется в череде многочисленных построек. А в начале прошлого века, когда еще не было нынешней курортной набережной, он господствовал на побережье и действительно напоминал корабль, готовый отчалить от берега.
С одной из террас-палуб хорошо виден знаменитый ныне профиль Волошина, контуры которого образованы скалистыми отрогами Кара-Дага, о котором Волошин писал: “И на скале, замкнувшей зыбь залива, // Судьбой и ветрами изваян профиль мой”.

Правда, до некоторых пор он напоминал волошинский лик отдаленно. Но природа как будто специально подкорректировала его: устроила, когда Волошин уже жил в Коктебеле, небольшое землетрясение, после которого сходство стало окончательным: курчавые волосы, высокий лоб, прямой нос и борода. Происшествие это Волошин счел знаковым. И высказался по этому поводу так: “Теперь я усыновлен своей землей”. Каждое утро Максимилиан Александрович выходил на террасу и здоровался с самим собой.

Кабинет Волошина с высокими и широкими, стрельчатыми окнами фактически стал музеем еще при его жизни. Каждая вещь, коих в нем сотни, была дорога Волошину и одушевлялась им. С каждой из них непременно была связана какая-то занимательная история, чаще всего придуманная самим Максимилианом Александровичем.

В своем мифотворчестве Волошин был просто безудержен. Однажды после сильнейшего шторма он отправился гулять по Карадагским бухтам и вернулся с трофеем — обломком древнего корабля с медной обшивкой. Он занял почетное место в кабинете. Неисправимый мифотворец Волошин датировал его X веком до нашей эры и вполне серьезно убеждал всех своих гостей в том, что это обломок корабля самого Одиссея.

Парк, примыкающий к дому, был при Волошине полон роз разных сортов. Он относился к ним как к живым и даже присваивал каждому кусту имена писателей.

На  вершине  Кучук-Енишара

Максимилиан Александрович всячески подчеркивал, что предпочитает жить не в материальном, а в духовном мире. Эту особенность его натуры подметил Александр Грин, который тоже бывал в его доме. “На мой вопрос о стоимости продуктов, — пишет Грин, — Волошин с презрительной миной ответил, что не знает, он-де этим не интересуется”.

Волошин умер в 1932 году. Последний приют он, согласно своему духовному завещанию, обрел на горе Кучук-Енишар, поближе к столь дорогим ему коктебельскому небу и звездам. Здесь под массивной гранитной плитой покоится прах великого мифо­творца и его супруги Марии Степановны, пережившей Волошина на 44 года и пожелавшей лежать рядом с мужем. Сбылось то, о чем Волошин писал когда-то:

Быть Матерью-землей,
внимать, как ночью рожь
Шуршит про таинства
возврата и возмездья,
И видеть над собой
алмазных рун чертеж:
По небу черному плывущие созвездья.

Гора эта хорошо видна из окон волошинского кабинета. Он часто взбирался на нее и подолгу любовался окрестностями. Любил водить сюда и своих многочисленных гостей. Причем коллективные прогулки на Кучук-Енишар обставлялись важно и торжественно. Волошин объявлял гостям, что они приехали в Коктебель “на встречу с собственной душой”. Всем выдавались посохи, и процессия выдвигалась в путь. Впереди, словно Моисей, шел Максимилиан Александрович в длинном хитоне и читал по пути стихи или лекции по истории Крыма.

Иногда он отправлялся на прогулку один, объявляя, что идет в зону творчества. Подолгу бродил, слушал свою землю, свое небо и, переполненный думами и впечатлениями, творил свои стихи и акварели. Интересно, что Волошин никогда не рисовал с натуры. Возвратившись после очередной прогулки, он воссоздавал тот или иной уголок Коктебеля по памяти.

На вершине горы, как путеводный маяк для паломников, — куст боярышника, растущий у могилы Волошина. К нему ведет протоптанная за многие годы бесчисленным количеством ног широкая тропа, петляющая по совершенно безлесному, довольно крутому склону, поросшему подвяленными крымским солнцем травами.

Взобраться на Кучук-Енишар непросто, особенно в жару. Но зато каждый, кто достигает вершины, награждается созерцанием картины невероятной, первозданной, головокружительной красоты — бирюзовая подкова моря, обрамленная Кара-Дагом с одной стороны и мысом Хамелеон — с другой, слегка выгнутая линия далекого горизонта и бездонное небо с редкими застывшими облаками. Волошин как бы дарит эту красоту всем, кто приходит к его могиле. Сложилось так, что могила на Кучук-Енишаре и волошинский профиль словно замыкают пространство Коктебельской бухты, в которой незримо витает дух великого мифотворца.

 

Автор: Валерий ПОЛИЩУК.
КОММЕНТИРОВАТЬ комментариев: 0
 
 
 
   
© Рабочая Газета, 2008-2010.