№ 54 от 13 апреля 2006 г.

ФИЛЬМ О ДЕТСТВЕ, КОТОРОЕ НЕ ВОЗВРАЩАЕТСЯ

В Киеве с 8 по 14 апреля проходит второй Международный фестиваль документального кино “Контакт”. Среди конкурсных работ — десятиминутная лента молодого украинского режиссера Игоря Стрембицкого “Путники”, которая в 2005 году победила на Каннском фестивале как лучший короткометражный фильм. “Золотую пальмовую ветвь” получил не титулованный мэтр, а дебютант — студент театрального университета им. Карпенко-Карого.
О пути к успеху, о дальнейших творческих и жизненных планах рассказывают “РГ” режиссер Игорь Стрембицкий и его жена — сценарист Наталия Конончук.

— Что стало толчком к созданию “Путников”?

— В действительности история достаточно простая, — первой ответила Наталия Конончук. На третьем курсе Игорю поставили ультиматум: или он снимает фильм, или его выгонят из института. Другого выбора не было, и пришлось создать “Путников”.

— Я вообще за три года почти ничего не сделал, — объяснил Игорь Стрембицкий. — Поэтому мой творческий дебют, прежде всего, стал большой радостью для преподавателей.

— И какую же оценку вам поставили преподаватели?

Н.К.: — Сказали, что неплохо, но нужно кое-что переделать. Одним из первых оценил ее преподаватель Сергей Буковский, режиссер известного документального фильма “Война. Украинский счет”.

— Что вы стремились сказать своим фильмом людям?

И.С.: — Ленту я делал только для себя, а не для аудитории. Сначала снимал фильм-автопортрет, где стремился показать людей, которые мне интересны и близки. был замысел снять, как режиссер ищет героев для своего фильма. И именно эти герои и стали “Путниками”. Во время работы открыл для себя истину: жизнь прекрасна. Об этом, собственно, и моя лента. Но я ничего не хочу навязывать зрителям. У каждого может быть свое видение  фильма.

Н.К.: — Лента “Путники” построена на ощущениях, поэтому точно определить, о чем она, невозможно. Когда мне пришлось на Каннском кинофестивале писать в каталог сжатую аннотацию к фильму, я никак не могла найти нужные слова. В целом, “Путники” — это фильм о детстве, которое не возвращается, о мечтах, которые не осуществляются, о жизни, которая проходит. Но это мое определение. Наша лента вызывает разные ассоциации, воспоминания, размышления.

— Почему остановились именно на названии “Путники”?

Н.К.: — Изначальное, рабочее название фильма — “Автопортрет мне не известного”.  Но почему-то оно не понравилось, поэтому пришлось искать идеи везде: в книгах, стихотворениях. Мне пришлось по душе слово “путники”, которое нашла в произведении Григория Сковороды “Разговор пяти путников об истинном счастье в жизни”. Оно имеет глубокое философское содержание: путник — это не просто путешественник, а человек, который идет по пути с тобой.

— Почему вы сделали героями своей ленты пациентов психоневрологического диспансера?

И.С.: — Я планировал снять документальный фильм, где главным героем был бы старый одинокий актер. Меня заинтересовал этот мужчина, который, проработав всю жизнь в театре, помнил всего одно стихотворение. Неподалеку от места, где он жил, находился психоневрологический диспансер. Возникла идея снять его пациентов. В этом нам помог главный врач диспансера, который также является героем фильма.

Н.К.: — Интересный случай произошел с нашим главным героем. Старый актер утверждал, что единственное стихо­творение, которое знает, принадлежит А. Пушкину. Но когда пришлось писать в титрах автора поэзии, то не нашли этого произведения. Лишь после премьеры узнали, что в нашей ленте звучат стихи В.С.Щербачева.

— Почему фильм-победитель Каннского кинофестиваля не доступен широкой зрительской аудитории?

И.С.: — Дело в том, что авторские права на ленту разделены между нами и университетом им. Карпенко-Карого. Возникли некоторые проблемы с юридическим оформлением, без которого нельзя показывать ленту в кинотеатрах, на телеканалах, потому что это коммерческое дело. Мы имеем право презентовать ее на фестивалях, вечерах. Но недавно кто-то разместил фильм в Интернете. Мы не против, ведь это единственная возможность показать “Путников” широкой зрительской аудитории.

— Как рядовые студенты сумели пробиться на международный фестиваль такого уровня?

И.С.: — Денег в университете немного, поэтому пленку выделяют не всем. Но когда принимаешь участие в конкурсе или фестивале, ее тебе обязательно дают. Мы просто решили подать заявку на какой-нибудь кинофестиваль. Ближайшим оказался Каннский, и мы отослали туда свой фильм. Когда пришло приглашение — не поверили. Благодаря этому удалось доснять фильм. Мы благодарны всем людям, которые помогали нам. Ведь мы не успевали готовить ленту для Канн.

Было очень мало времени, да и начались майские праздники. Люди работали с утра до ночи в будни и в выходные.

— Какие впечатления от Канн?

И.С.: — На фестивале царила очень дружеская атмосфера. Здесь не существовало острой конкуренции. Нам даже было не по себе от того, что “Пальмовую ветвь” получили именно мы, а не кто-то другой. Пообщаться с известными звездами кино из-за нехватки времени не удалось.

— Изменилась ли ваша жизнь после получения “Золотой пальмовой ветви”?

И.С.: — Существенно ничего не изменилось. Но хочется верить, что чему-то научился. Недавно сняли фильм на тему Второй мировой войны. Хотелось бы попробовать себя и в игровом кино, но это достаточно сложно. После фестиваля получил несколько предложений снимать клипы, однако они меня не привлекли. Интересно было бы поработать над рекламой, но не политической. Ролики о политиках буду снимать только тогда, когда нечего будет есть.

— А какие фильмы нравятся лично вам?

И.С.: — С большим удовольствием смотрим “В бой идут одни старики”, “Афоню”. А вообще отдаю предпочтение анимации. Любимые мультики — “Сказка сказок” и “Винни-Пух”. Я ассоциирую себя с осликом Иа, а Наталке больше нравится Чебурашка. Я очень люблю японское кино, особенно Акира Куросавы. Интересными кажутся фильмы венгерских и польских режиссеров. Те, которые идут в наших кинотеатрах, не всегда заслуживают внимания.

Интервью взяла
Олеся БРЯЗГУНОВА
студентка Института журналистики.