№ 75 от 22 апреля 2008 г.

Наше тестирование хромает уже на... национальные особенности

Напряжение выпускников школ, а также их родителей достигло апогея — мечтающие продолжать грызть гранит науки в вузах сдавали первый тест по украинскому языку и литературе. Поволноваться и впрямь было отчего, ведь внедряемое с этого года в обязательном порядке независимое внешнее тестирование для выпускников совершенно новое дело.

Не повторится ли горький урок?

ПАРУ месяцев назад мне пришлось беседовать с директором сельской школы на Черкасщине.

— По поводу новой системы оценивания знаний школьников возникает тысяча вопросов, на которые мы пока не знаем ответов, и по каждому из них не назвонишься в областное управление образования или в Киев, — сетовала опытный педагог. — А это незнание сеет неуверенность не только среди наших воспитанников, но и среди нас самих, — призналась собеседница.

Оспаривать введение независимого внешнего тестирования вряд ли кто-то возьмется. Оно апробировано, и, по словам руководства Министерства образования, успешно функционирует более чем в 150 странах. И нам с этого пути не свернуть. Да, но там новая система оценивания знаний внедрялась десятилетиями, и отнюдь не с нашими условиями, традициями, в конце концов, менталитетом. Мы же в очередной раз берем штурмом то, на что другие потратили десятилетия. К чему может привести эта спешка и неподготовленность, нетрудно предположить. Так, первый блин по внедрению массового тестирования в 1993 году оказался комом. Все по той же причине. И это вынужден был признать руководитель Украинского центра оценивания качества образования Игорь Ликарчук.

— Тестирование — вещь прогрессивная, — считает заслуженный учитель Владимир Макаренко, — оно в определенной степени стимулирует более качественное образование, но вместе с тем содержит в себе и немало рисков. Новая система ориентирует на получение узкого профильного образования, но не обретение обширных, энциклопедических знаний, которыми отличалось украинское образование, а еще провоцирует на репетиторство. Оплатить дополнительные занятия для своего чада, особенно для сельских жителей, весьма проблематично. Да и база сельских школ существенно отличается от городских, тем более столичных. О каких тогда равных условиях и объективности оценивания знаний выпускников с разным уровнем подготовки можно говорить? На все эти недостатки закрывают глаза ради главного: независимое внешнее тестирование должно истребить коррупцию в вузах. Но специалисты новую систему оценивают более реалистично: да, она снизит уровень коррупции, однако искоренить ее в наших условиях она не способна.

Министерство образования и науки изначально планировало проведение тестирования для всех выпускников исключительно на украинском языке. И это при том, что преподавание в украинских школах ведется на семи языках национальных меньшинств. Если бы чиновники министерства настояли на своем, сдача тестов на украинском языке сделала бы выпускников школ с другими языками преподавания и прежде всего русскоязычных школ Крыма детьми “второго сорта”. Они бы оказались в неравных условиях со сверстниками, для которых родной язык — украинский.

Министерство потребовало

К счастью, руководство Минобразования отказалось от своей затеи, правда, после протестов представителей Крыма, и разрешило сдачу внешнего тестирования на том языке, на котором велось обучение.

В этом году в независимом внешнем тестировании примет участие около полумиллиона юношей и девушек. В перечне популярных предметов, предложенных на выбор выпускникам школ, кроме  украинского языка и литературы, — история Украины, биология, основы правоведения, физика.

Меньше всего любителей зарубежной литературы — только один из ста выпускников пожелал сдать тест по этой дисциплине. Всего же в списке 11 предметов. Кстати, такого количества дисциплин нет нигде в мире (обычно — три-четыре, максимум — пять). Но у нас переходный период, решили в министерстве, и максимально учли пожелания университетов и академий.

“Языковой проблемы” во время прямой телефонной линии коснулся и министр образования Иван Вакарчук. Корень зла он видит в том, что “упорное нежелание преподавателей отдельных вузов в “русскоязычных” регионах преподавать на государственном языке непростительно усложнило процесс обучения студентов, поскольку значительная часть учебников, пособий и методического обеспечения учебного процесса издана на государственном языке”.

Вместе с тем бесполезно отрицать отсутствие современных учебников по некоторым дисциплинам на украинском языке во многих вузах. Впрочем, ощущается нехватка учебников и пособий на языках национальных меньшинств.

В недрах министерства уже родился план по внедрению преподавания в вузах на украинском языке. Для этого будет разработана трехлетняя программа полного перехода на государственный язык во всех институтах и университетах. Похоже, министру проблемы создавшегося положения не известны, потому как он на последней итоговой коллегии МОН попросил ректоров предоставить ему перечень предметов, которые преподаются не на украинском языке, и указать причины этого.

В тему

Напротив здания Луганской облгосадминистрации состоялся пикет, в котором приняли участие активисты молодых "регионалов", Ленинского коммунистического союз молодежи, Союза молодых социалистов и представители ряда других общественных организаций, органов студенческого самоуправления, сообщает пресс-служба СМРУ.

Поводом послужила директива Министерства образования и науки Украины начальникам управлений образования и науки с поручением проконтролировать сбор информации от всех высших учебных заведений области по вопросу: почему преподавание учебных дисциплин ведется не на государственном языке?

Кроме того, начался сбор подписей по отмене подобных директив по всей Луганской области, а после окончания акции, в День славянской письменности, будет организовано пикетирование Министерства образования и науки Украины и вручение подписных листов министру.

Владимир ТКАЧЕНКО.