№ 46 от 12 марта 2008 г.

Ирина ПОПОВА. Странные тайны ЖКХ

Наши права

Еще недавно государственные мужи твердили как заклинание: нужна реформа ЖКХ, нужно выйти на европейский уровень предоставления услуг и создать систему объективного формирования тарифов. Правда, когда тарифы выросли, разговоры на тему реформирования стихли, и единственное, что осталось неизменным, — санкции, применяемые к неплательщикам. Иногда они весьма показательны. Так, жительницу города Красноармейска на днях вызвали в суд, взыскали долг по квартплате, а фактически наказали за... принципиальность.

ЭТА ИСТОРИЯ началась еще в 2005 году, когда многие граждане поспешно, не глядя, подписывали с жэками договоры на обслуживание квартир. Но Раиса Степановна Бородина отказалась ставить свою подпись просто так. Она попросила сотрудников жэка предоставить ей образец договора для тщательного предварительного ознакомления, на что имела полное право согласно п.5 ст.26 Закона Украины о жилищно-коммунальном хозяйстве. Однако просьба Раисы Степановны была проигнорирована.

Нет договора — нет и долга

Образца договора Бородина так и не получила, а потому за квартиру продолжала платить по старому тарифу. Из-за разницы между старым и новым тарифами накопился долг в размере 413 гривен, и работники жэка потребовали от Бородиной погашения, а она, в свою очередь, потребовала представить документ, на основании которого обязана платить. Документа никто не представил, но дело передали в суд. А исковое заявление вручили Бородиной только в зале заседания.

Примечательно и решение, которое вынес суд. Оно предусматривает взыскание с Бородиной суммы долга, ссылаясь в том числе и на ст.10 Закона Украины о приватизации жилья, которая гласит, что размер задолженности определяется только на основании заключенного договора. Но договора-то по сей день нет. И Раиса Степановна не соглашается с решением суда.

— Мне не жаль этих 413 гривен, я готова заплатить, однако сделать это хочу по закону на основании договора, — говорит она. — Но коль договора нет, а задолженность взыскивается, я считаю, что мои права нарушены. В ближайшее время подам заявление на апелляцию, а заодно потребую с работников жэка компенсацию за то, что в течение 38 лет я добросовестно платила за квартиру, а у меня в подъезде  не убирали. И все это время я сама с веником и тряпкой наводила порядок.

Еще полбеды, если бы у Раисы Степа­новны были проблемы только с одной квартирой. В прошлом году сын Раисы Степановны купил квартиру. Она решила все с самого начала оформить правильно и по закону. 30 октября 2007 года письменно обратилась к директору Красноармейского центра единого заказчика С.Ю.Дорошу с просьбой разработать проект договора на обслуживание квартиры. Ответа ждала три месяца и, не дождавшись, 1 февраля 2008 года написала снова. В тот же день из Красноармейского центра единого заказчика пришел мастер и принес письмо, в котором были ссылки на законы и приписочка к ним, что если Бородина не выполнит требования законодательства, ее поведение может быть рассмотрено на административной комиссии и в суде.

Раиса Степановна ответила, что коль есть основания обратиться в суд, то это можно сделать в вежливой форме и без предварительных угроз, и снова попросила предоставить ей для ознакомления экземпляр разработанного договора на обслуживание квартиры. Только третье письменное обращение Бородиной нашло отклик. Ей предоставили образец договора. И Раисе Степановне сразу стало понятно, почему столь, можно сказать, заурядный документ засекретили.

«Балансодержатель» без обязанностей

— Разработчик договора решение многих вопросов предусмотрел в свою пользу, — говорит она. — Вместо двусторонних обязанностей в договоре прослеживается однобокий подход, когда потребитель (заказчик) в ответе за все. Слово “исполнитель” в договоре практически не звучит. Вместо него выступает какой-то “балансодержатель”. Кто это, неизвестно, и может ли этот неизвестный выступать участником договорных отношений, неясно. Во всяком случае, в ст.19 Закона Украины о жилищно-коммунальном хозяйстве четко написано, что участниками договорных отношений могут быть потребитель, производитель, исполнитель. Никаких “балансодержателей” там нет. Возможно, “балансодержатель” — это управитель? Тогда в зависимости от гражданско-правовых договоренностей он может выступать либо потребителем, либо производителем, либо исполнителем, то есть его роль должна быть конкретизирована. А этого в договоре нет. Как и нет у “балансодержателя” никаких обязанностей, кроме одной — собирать деньги у потребителей и распределять их. По закону к договору должен быть приложен график выполнения работ, но и его нет.

— Таким образом, получается, что “балансодержатель” деньги получает, а никаких обязанностей по содержанию квартиры на себя не берет, значит, и никакой ответственности за качество предоставляемых услуг не несет, — делает логический вывод женщина. — Кроме того, в договоре указано, что “балансодержатель” может в одностороннем порядке вносить изменения в договор. А это означает, что если он пожелает повысить тариф, то просто напишет обращение в местный совет, и когда его инициативу там поддержат, владельцу квартиры укажут уже новую сумму в качестве оплаты за услуги. И зачем нам тогда нужна ст.627 Гражданского кодекса, в которой говорится о свободе договоров, зачем статья 14 этого же документа, объясняющая, что только по договору человек берет на себя какие-либо обязательства?

Раиса Степановна уже просмотрела 30 пунктов договора, и по каждому у нее есть хоть маленькое, да замечание. Теперь Бородина готовит акт разногласий Красноармейскому центру единого заказчика. Ее возмущает, что у “балансодержателя” согласно договору практически нет обязательств перед заказчиком, зато у заказчика обязанностей хоть отбавляй, хотя, по сути, должна быть только одна — платить вовремя.

Вот и получается, что всякое реформирование у нас зачастую сводится к одному: определенные структуры получают дивиденды, а у простого человека облегчается карман и прибавляется обязанностей. И хотя изучить документ, который их регламентирует, совсем не просто, ибо он превращен в тайну за семью печатями, делать это необходимо. Только так мы сможем отстоять свои права.

Донецк.