№ 22 от 05 февраля 2008 г.

Юрий СКИБА. Единство в разности

Резонанс

С интересом прочитал статью “В поисках наших” (“РГ”, № 7 за 15.01.08 г.). Полностью разделяя драматичные и нелицеприятные выводы автора о “формировании двух наций в одной стране”, невольно задумываюсь над истоками феномена “полупатриотизма”. Поверьте, мне, украинцу, становится грустно и досадно наблюдать этот процесс, который действительно очень опасен.

Природа «последнего аргумента»

НЕДАВНО довелось стать свидетелем типичной, к сожалению, сцены в черновицком общественном транспорте. Пожилой человек по-русски сделал замечание школьнику, чтобы тот уступил место ему, ветерану войны. На это соседка “обиженного ребе нка” раздраже нно заметила: за послевоенные годы переселенец мог бы и овладеть языком народа, среди которого живет. Слово за слово, и в салоне разгорелся нешуточный скандал.

Невольно вспомнилось мудрое высказывание Ивана Франко: “Розмовляти i мислити можна будь-якою мовою, а ось любити i ненавидiти — лиш материнською”.

Как часто при выяснении отношений мы используем “последний аргумент” — грубую, унизительную для национального достоинства “противника” обиду? И это не просто слова: за ними — жизненная и, в конечном счете, гражданская позиция, которая укрепляется на фоне не всегда корректных тезисов и действий представителей государственной власти в стремлении к духовному и национальному возрождению. Подумалось: может, эти тезисы и действия преждевременны и мы не готовы пока взвешенно и спокойно их воспринимать? Может, вначале стоит накормить, одеть, обустроить людей, а уж потом разгребать накопившиеся этнокультурные завалы? Что, кроме агрессии, можно ожидать от обездоленного, изде рганного нехваткой всего и вся бедняка?

Толерантность по-буковински

Как важно чувство наде жного локтя соседа, земляка, согражданина, независимо от его рода-племени. Эту простую истину убедительно доказал многовековой опыт местного уровня, но, думается, всеукраинского значения.

Имею в виду известную далеко за пределами нашего края традиционную буковинскую толерантность. Издавна здесь бытовал неписаный кодекс взаимопонимания и терпимости между представителями разных народов и вероисповеданий, по крайней мере, пяти национально-культурных обществ (украинское, еврейское, польское, немецкое, румынское). В повседневности в устах одних и тех же лиц звучало несколько языков. И это считалось нормой для самого неграмотного черновчанина! Явление подобного удивительного массового полиглотства было нередким еще в пятидесятые годы. По примеру старших мы, тогдашние ребятишки, легко дополняли украинскую и русскую речь вкраплениями из румынского, польского, еврейского языков. Этот экзотический словесный винегрет, очевидно, мог бы привести в ужас лингвиста, но тешил почитателя традиций “украинской Швейцарии”. Секрет коммуникативной гармонии наших земляков-предшественников кроется вовсе не в недостатке внимания к своим первоистокам. Любя и оберегая родные духовные россыпи, они были... практичнее нас. Понимали: с соседями по дому, улице, населенному пункту значительно легче прийти к пониманию посредством их отчего слова. А это стимулировало ответную любезность. В результате выигрывали все!

Подмять или объединить?

Увы, ныне эта простая непреложная истина не просто основательно подзабыта, но и откровенно воспринимается в штыки как “титульными”, так и “пришлыми” жителями нашего края. Да разве только нами? Вся ненька-Украина с размаху плюхнулась в коварную языковую, культурно-историческую, духовно-конфессионную “колдобину”. Понимаемое в узкоэтническом, по сути, родо-племенном значении, “не наше” подвергается осуждению, осмеянию, неприятию. Но особенно тревожит просто-таки воинственное стремление ура-патриотов всех мастей переложить историческую вину за прошлые тяготы на плечи “инородцев”. Как часто наш брат-”вiдродженець” проклинает “москалiв” за голодомор, репрессии, разгром Запорожской Сечи и украинской государственности. А всю отечественную историю представляет в виде сплошной анафемы “злобным и коварным завоевателям-оккупантам”.

Кому выгодно такое бесперспективное пикирование народов-соседей, имеющих общие корни и родственные узы? “Чужим” простым труженикам, которые плечом к плечу с коренными согражданами создают все социальные блага, делясь и куском хлеба, и радостями-печалями, или “своим” политиканам, не брезгующим ничем в борьбе за власть?

Чтобы угодить новому “старшему брату” — дядюшке Сэму, мы готовы раболепно смешать с грязью все, что не вписывается в новейшие украинские геополитические устремления. Даже ценой превращения своих сородичей в толпу иванов безродных...

Спрашивается: как реализовать ющенковскую формулу разрешения наших внутренних противоречий — “єдина держава, єдина нацiя, єдина мова, єдина церква”? Как ни крути, без дубинки тут не обойтись. Только что из того выйдет?..

Не проще ли без политической трескотни и компанейщины постараться объединить, а не подмять под себя всех многоликих сограждан?

Львов никогда не станет Донецком и наоборот. Это и не требуется. Главное — чтобы все мы (левые и правые, националисты и интернационалисты, украино- и русскоязычные, прихожане различных церквей) осознавали себя родными детьми матери Украины.

Черновцы.