№ 160 от 26 октября 2007 г.

Евгений КОРОТКОВ. Последний аргумент

В нашей газете была опубликована статья “Преступление против Закона”, где шла речь о Геннадии Бабие, который 4 года просидел в СИЗО под следствием и был вчистую оправдан во всех судебных инстанциях, в том числе и в Верховном Суде. Но на этом его беды не закончились. Геннадий был снова арестован и снова сидел в СИЗО, но на этот раз прокуратура решила не рисковать и пошла на открытое нарушение Закона: во всех судах с подачи прокуратуры Бабию продлевали срок содержания, тогда как самого решения местного суда об избрании меры пресечения не было! И вот, когда усилиями адвокатов Бабий был все-таки освобожден из под стражи, 4 октября, его убивают в собственном подъезде...

Наша “честная” пресса

ВОТ УЖ чем беспрерывно гордится “молодая украинская демократия”, так это свободой слова. Вот только свобода эта имеет очень специфический запах. Когда Бабия оправдали — а это означает, что под стражей четыре года сидел невинный человек — пресса молчала. Когда Бабия освободили второй раз от незаконного содержания под стражей, публикация появилась только в “Рабочей газете”, остальная пресса молчала. Как только Бабия застрелили — раздался дружный вопль. Почему?! Это не вопрос. Прочтите наиболее характерные строки, и вы сразу все поймете.

“Как сообщают источники в правоохранительных органах, убийца фактически устранил одного из ключевых свидетелей, со смертью которого доказать вину главного подозреваемого — Василия Марьянчука, будет очень сложно”. “Как удалось выяснить, убитый в четверг Геннадий Б. был едва ли не “правой рукой” Марьянчука”.

Как вы уже поняли, “источники”, организовавшие такую “информацию”, — это те, кто держал убитого четыре года в СИЗО, а потом еще почти год незаконно под стражей. Особенно мне нравится фраза моих коллег “как удалось выяснить”... Никто ничего не выяснял, уверяю вас. Им просто “скормили” нужную информацию, причем заведомо ложную. Если бы действительно выясняли, то прочитали бы в уже несекретном деле (том 75) восемь страниц подряд, начиная со страницы девяностой, все, что касается Бабия. Если изложить это кратко, получится следующее. Он был знаком с Марьянчуком, иногда вместе занимались в одном спортзале. Характеризует его, как человека скрытого и недоверчивого. О его делах, если они и были, ничего не знает. Виновным себя в бандитизме не признал, заявил, что никаких преступлений не совершал и отказался давать показания по существу предъявленного обвинения. Из “доказательств” уличения в бандитизме в деле присутствует только справка УБОП УМВД Украины в Одесской области от 12.09.2000 года “...усматривается(!), что Бабий Г.Д., известный в преступном мире по кличке Гена Красный, является руководителем одного из звеньев банды Марьянчука В.П.”. И это все!

А вот выдержка из оправдательного приговора Апелляционного суда Одесской области: “Исследовав доказательства по делу, суд приходит к неопровержимому выводу, что вина Бабия не доказана, и он должен быть признан невиновным, поскольку доказательства его виновности в материалах дела отсутствуют, а его обвинение основывается на предположениях, а также бездоказательных и противоречивых утверждениях. Никто из лиц, допрошенных в судебном заседании, включая подсудимых, не подтвердил изложенных в обвинительном заключении обстоятельств обвинения Бабия в бандитизме”. А дальше — просто следовательский шедевр! Судьи обнаружили и внесли в оправдательный приговор, что Бабий, оказывается, вообще “...не обвиняется (В обвинительном заключении! — Ред.) в совершении каких либо преступлений — ни самостоятельно, ни в составе банды”. Вот такая вот “правая рука Марьянчука”, такой вот “ключевой свидетель”, который “категорически отрицал свое участие в банде, как на следствии, так и во время судебных заседаний”!

Кому выгодно?

Поскольку весь “бандитизм” Бабия построен только на следовательской фантазии, равно как и его “ключевое свидетельство”, попробуем подойти к убийству с другой стороны. Применим классический, проверенный веками  подход — “qui prodest” (ищи, кому выгодно). Марьянчуку? Да он, если бы действительно был, как его представляют, доном Карлеоне, отдал бы приказ охранять Бабия как самого ценного “несвидетеля”. А вот другой вариант: “”Бабий был ключевым свидетелем, оставшимся в живых по делу Марьянчука. Без него, вполне вероятно, Марьянчук вскоре окажется на свободе, а Климович в какой-то мере будет дискредитирована”. Это прямой посыл в общественное сознание “нужной” версии убийства. Когда человек оправдан судом как невиновный, кто-то должен отвечать за то, что он четыре года просидел в тюрьме и стал там инвалидом. Кто-то должен отвечать за то, что он сидел под стражей без решения суда. Это все, повторю, уголовные преступления. Смерть Бабия, объявленного в прессе “ключевым свидетелем, криминальным авторитетом и правой рукой Марьянчука” — палочка-выручалочка для следователей. Журналистов используют, чтобы прикрыть некомпетентность, непрофессионализм, правовой беспредел.

Марьянчука, вопреки действующему постулату презумпции невиновности, объявили кровавым бандитом. Почти восемь лет сидел Марьянчук под следствием. Дело поступало в суд и ушло оттуда на ДС (дополнительное следствие) с рекомендацией суда объединить все эпизоды по Марьянчуку в одно дело. Тот, кто пишет на криминальную тему, прекрасно знает, в каких случаях суд отправляет дело на ДС — если там одна словесная каша и никаких конкретных доказательств. Словом, следовательский брак. Одно дело объявить кого-либо бандитом, другое дело — доказать это в суде. Суд для того и дал указание объединить множество эпизодов в одно дело, чтобы ускорить следствие и рассмотреть дело в полном объеме. В этом же должно быть заинтересовано и следствие. Но этого и не произошло. Как мне кажется, по двум причинам.

Первая — отсутствие достаточных материалов и доказательств для полноценного судебного процесса. Вторая причина вытекает из первой — по Закону следствию дается на расследование 18 месяцев. Объединив все эпизоды в одно дело, следствие попадает во временные рамки, граница которых — передача дела в суд. Но в статье 26 Уголовно-процессуального кодекса есть одна уловка, которую протащили туда депутаты, бывшие прокуроры. Суть ее в том, что следователь может объединять все эпизоды преступлений в одно дело, а может и не объединять, заводя по каждому эпизоду отдельное дело. Следовательно, очередные 18 месяцев содержания под стражей по каждому эпизоду. Теоретически (а мы уже видим — и практически), если предположить 100 эпизодов, то их можно расследовать 180 лет. Отсюда появляются так называемые резонансные дела, которые, по сути, являются делами карьерного роста. Был следователь областной прокуратуры, стал следователем Генеральной. А дело, с которого сняли карьерные сливки, “вянет”, но находится на пожизненном расследовании.

Могу напомнить еще одно подобное дело якобы убийцы журналиста Александрова — Вередюка. Прокурор, который о Вередюке объявил на всю страну, из областных попал в генеральные. Уже и Вередюка нет, уже все знают, что он — несчастный подставной бомж, но “дело”-то сделано, пост получен.

Вот и думай, многоуважаемый читатель, как и за что погиб Геннадий Бабий. Mors ultima ratio, что означает смерть — последний аргумент.