№ 134 от 13 сентября 2007 г.

Евгений ПАСИШНИЧЕНКО. Шахтеры в долговой яме.

Где выход?

Уже много лет на моем рабочем столе лежит кусочек угля — того самого солнечного камня, который нынче добывают на километровой глубине шахтеры Донбасса. Мне подарил его друг и сподвижник легендарного забойщика Никиты Изотова Александр Степаненко. Герои первых советских пятилеток трудились на знаменитой горловской шахте “Кочегарка”, где довелось поработать и мне. Я часто вспоминаю те годы и людей, создававших славу донецкому краю и великой стране, щедро дарившей нам счастливую жизнь. С тех пор многое изменилось. Уже нет старой шахты, над которой пролетел смерч “реструктуризации”. Нет и счастья в семьях тех, кто работает в жарких забоях. Зато появилась у шахтеров долговая яма, из которой они вот уже который год ищут выход...

На предприятиях угольной отрасли в Донецкой области сегодня трудятся 160 тысяч работников — более четверти тех, кто занят в индустрии региона. Область обеспечивает 45 процентов общего объема украинской угледобычи и 72 процента добычи коксующихся углей. Несмотря на сложные горно-геологические условия, в которых пребывает подавляющее большинство донецких шахт, можно говорить о значительных потенциале и перспективах отрасли. Промышленные запасы действующих предприятий составляют здесь 3,7 миллиарда тонн. Однако факты, говорящие о нынешнем состоянии угледобывающего сектора региона, заставляют сосредоточиться на другом. Добыча угля тут продолжает снижаться. С начала года шахты Донетчины выдали на-гора на миллион с лишним тонн меньше, чем в соответствующем периоде 2006-го. Не лучшим образом складывается у горняков и ситуация с финансами: кредиторская задолженность предприятий угольной промышленности в области превысила 5 миллиардов гривен...

Одной из главных причин беды специалисты считают отставание темпов проходки и оснащения очистных забоев современной техникой, что в значительной мере связано с сокращением инвестирования угольной отрасли в 2005-2006 годах. С начала нынешнего года ситуация начала меняться. Согласно информации облстат­управления, в январе-июне объем инвестиций в основной капитал угольной промышленности региона значительно вырос и составил 860 миллионов гривен. При этом бюджетные ассигнования увеличились на 8 процентов, а инвестиции за счет собственных средств предприятий — в 1,6 раза. Однако для преодоления спада угледобычи этого оказалось мало. Слишком глубока долговая яма, в которую столкнула горняков наша “независимая” жизнь. Бесконечные “реформирования” и “реструктуризации” добывающих предприятий (а по сути, расправа над угольной отраслью) сделали свое дело. Многие шахты погибли, а у тех, которые еще дышат, просто не хватает средств для покупки нужного оборудования.

Но не только от технической оснащенности забоев зависит ситуация в угольной отрасли. Техника принесет необходимый эффект лишь в том случае, если управлять ею будут квалифицированные кадры. А их на шахтах Донецкого, да и других угольных регионов Украины крайне мало. И численность угольщиков продолжает сокращаться. В прошлом году, например, уволившихся было больше, чем поступивших на шахты области на 23 процента. В первой половине 2007-го — на 13 процентов. Сложной проблемой остаются в регионе и долги по зарплате, составлявшие к началу июля 68 миллионов гривен. 23 миллиона из них не смогли выплатить на “экономически активных предприятиях”. Правда, средняя зарплата угольщиков возросла в Донецкой области на четверть и составила 1800 гривен. А в июне 36 процентов горняков заработали здесь свыше 2000 гривен. Однако престиж шахтерской профессии, разрушавшийся с 94-го года, пока восстановить не удается. Хотя делать это все равно надо. Поскольку очевидно, что наращивать угледобычу в регионе и во всей стране можно будет только при достойной оплате тяжелого, опасного, но такого необходимого нам труда.

Где же все-таки брать средства? Как выбраться из долговой пропасти? Не оправдало ожиданий шахтеров повышение цен на угольную продукцию. Этот шаг оказался почти бесполезным  из-за бесконечного роста стоимости электроэнергии, металла и оборудования. По этой причине расходы горняков постоянно превышают доходы. На шахтах региона такой разрыв ежемесячно достигает 80-90 миллионов гривен. Где же все-таки выход? Многие украинские лидеры видят его в масштабной приватизации отрасли. Однако донецкие шахтеры не считают это панацеей. Решением проблемы, по мнению специалистов ГП “Донецкая угольно-энергетическая компания”, должны стать другие законодательные инициативы. К примеру, по списанию долгов. 

Но, судя по всему, в Минуглепроме думают иначе. “РГ” уже рассказывала о том, что здесь готовится проект закона о приватизации добывающих предприятий. Официально целью такого шага названы благие намерения — сделать шахты “финансово сбалансированными”, “инвестиционно привлекательными”, “готовыми к передаче эффективному собственнику и решительному подъему”. Это, мол, непременно приведет и к улучшению жизни шахтеров. Но так ли это на самом деле? Что может произойти в действительности?  

Отвечая на эти вопросы, нельзя не вспомнить одну деталь. Наши шахты — это не только рабочие места, но и социальная сфера, местные бюджеты, вопросы жизни целых городов! Их инфраструктура сложилась вокруг шахт, и на этом держится чуть ли не весь Донбасс. Так вот, захочет ли собственник думать обо всем этом? Для него главное — получение денег. А здесь — затраты. И означает это лишь одно: шахтерские города будут обречены. Для нормального государства уже такой перспективы достаточно для того, чтобы взять под опеку отрасль, определяющую судьбу регионов. Но у нас ведь все по-другому. Государство избавляется от шахт. Хорошо, что есть коммунисты, которые не допускают здесь компромиссов. Их позиция тверда и последовательна: курс на приватизацию угольных предприятий опасен. Стратегическая отрасль должна оставаться в руках государства и с его помощью работать на благо страны, региона и тех, кто тут живет и трудится.

Такая позиция выглядит особо важной потому, что речь идет, по сути, об экономической безопасности Украины. Казалось бы, парадоксально, но это — факт. Наша угольная отрасль вызывает интерес не у родного государства, а у... зарубежных инвесторов. Особенно американских. Расчетливые янки стремятся закрепиться на рынке стратегических энергоносителей. И это понятно. Ведь большая часть электроэнергии вырабатывается в США из угля. И цена этого киловатт-часа гораздо ниже выработанного с помощью газа или нефти. К тому же, по прогнозам тех же американцев, мировой спрос на энергоносители (в том числе и уголь) вырастет к 2030 году на 60 процентов! А в Украине, по ресурсам угля занимающей место в первой десятке стран, только разведанных запасов органического топлива 54 миллиарда тонн. Если добавить к этому, что через тридцать лет альтернативные виды энергии (атомная, гидро- и геотермальная энергия, энергия ветра и солнца) смогут обеспечить лишь один процент мирового потребления, то станет ясно, почему уголь именуют “черным золотом” и почему именно он должен стать для нас приоритетом...

У нас достаточно ресурсов, чтобы в течение столетий удовлетворялась потребность в энергоносителях. Однако для того, чтобы это стало реальностью, нужно, чтобы государство осознало, наконец, жизненную важность угля и повернулось к нему лицом. Лишь тогда шахтеры смогут выбраться из долговой ямы, Донбасс и другие угольные регионы расцветут, как в былые годы, а их люди будут гордиться тем, что живут в Украине.