№ 42 от 23 марта 2006 г.

«ЭТИ ВЫБОРЫ СТАНУТ ХОЛОДНЫМ ДУШЕМ ДЛЯ МНОГИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ СИЛ»

У премьер–министра и первого номера в списке Блока «Наша Украина» Юрия Еханурова дел хватает. И не только потому, что выборы. О самом актуальном — интервью Юрия Ивановича.

О Приднестровье

— Начнем с самой горячей темы — с Приднестровья. Почему Украина заняла именно такую позицию в урегулировании данного конфликта?

— Мы действуем в соответствии с международными соглашениями. Во время встречи с премьер-министром Молдовы господином Тарлевым мы договорились об урегулировании перевозки товаров через границу  (встреча состоялась в конце прошлого года — ред.).  25 января  подписанный ранее документ  должен был вступить в силу. Накануне в Одессе состоялась встреча представителей правительства и предпринимателей Молдовы, Приднестровья и Украины. Речь шла об отработке механизмов пересечения  границы.  Как часто бывает, на 25 января стороны не были полностью готовы. Поэтому было принято решение перенести дату и отработать все проблемные вопросы. Когда это было сделано, с 3 февраля был введен новый порядок пересечения границы. Он касается только товаров. И сейчас реально Приднестровская республика занялась самоблокадой. Это выглядит как шантаж. Во-первых, власти Приднестровья создают препятствия для экономических субъектов региона в регистрации в соответствующих органах Молдовы (ведь они должны зарегистрироваться как субъекты внешнеэкономической деятельности). Во-вторых,  не пропускают пассажирские поезда. В-третьих, каждые два часа дают экстренные выпуски новостей, где говорится, что Киев нас предал и так далее. Создается видимость экономической катастрофы. Они начинают говорить, что остановят предприятия. То есть речь идет действительно о самоблокаде. Все, что происходит, делается ради того, чтобы сохранить власть у себя в регионе.

— Вы не считаете, что в этом заинтересована еще одна сторона — Россия?

— Европейский Союз и международные организации поддерживают действия Украины, потому что это нормальные цивилизованные действия. Российская Федерация пока занимает нейтральную позицию. Посмотрим, как будут развиваться события.

— Можно ли говорить о том, что такими действиями Украина частично перекрыла канал контрабанды?

— Ради этого все и делается. Дело в том, что теневая экономика и контрабандные каналы достаточно весомы. И мы понимаем, что они действовали при поддержке должностных лиц из Киева. В этом нет сомнения. И все эти события как раз и свидетельствуют о немалом количестве заинтересованных сторон. Мы наведем порядок, и граница будет прозрачной — с точки зрения цивилизованных отношений, а не с точки зрения ввоза конт­рабанды.

Либерализация рынка

— Можете ли вы объяснить простым языком украинским гражданам, что означает для Украины отмена поправки Джексона—Веника, а также предоставление статуса  страны с рыночной экономикой?

— Есть три очень интересных последних документа. Это, во-первых, предоставление нам Европейским cоюзом, а также Соединенными Штатами статуса страны с рыночной экономикой; во-вторых, подписание Протокола о взаимном доступе товаров и услуг на рынки США и Украины; в-третьих, отмена поправки Джексона—Веника. Это дает возможность нашим предпринимателям работать на рынке США. Мы ожидаем, что ежегодные поставки туда увеличатся минимум до 300 млн долларов.

— О каких товарах прежде всего идет речь?

— Конечно, в первую очередь это касается металлургии и химии. Но и наша швейная промышленность достаточно активно работает, и другие. Теперь рынок открывается, нужно работать. Кроме того, думаю, свободнее будут поступать американские услуги и товары в Украину. Таким образом мы входим в глобальный мир торговли. Это будет выгодно и нашим потребителям, и нашим экспортерам. Сама поправка Джексона—Веника вводилась для того, чтобы  не допустить экспорта высоких технологий. Тут у нас, к сожалению, даже аппетита нет.  Но, надеюсь, мы изменимся. Хотел бы здесь отметить роль нашего Министерства экономики, которое в кратчайшие сроки в октябре разработало все необходимые документы. Теперь это дает возможность работать дальше.

— Экс-министр топлива и энергетики Сергей Ермилов заявил, что выдача лицензии ЗАО “Укр­газэнерго” на право поставлять природный газ приведет к жесткой монополизации рынка топлива. По его словам, компания, используя эксклюзивный доступ к газовой трубе, уже сегодня якобы прибегает к шантажу крупных потребителей топлива. Вы согласны с таким утверждением?

— Я думаю, что 5,4 миллиарда кубов газа, которые позволяет “прокачивать” лицензия, — это не монополизация рынка. У Ермилова были домашние заготовки, роль у него такая — сказать, что рынок монополизирован. Вы же понимаете, что это неправда. Мы стоим на позиции либерализации рынка. И в будущем будем вводить дополнительных игроков. Сейчас ведутся переговоры с наибольшими потребителями газа, чтобы облегчить им доступ, как говорится, к трубе, чтобы они могли получать газ не от каких-то монополистов, а работать напрямую.

— Что это за предприятия?

— Мы провели переговоры с “Индустриальным союзом Донбасса”, а теперь договариваемся с металлургами. Еще раз подчеркиваю: правительство выступает за либерализацию рынка.

— Началась работа над программой формирования стратегических запасов нефти и нефтепродуктов. Кинах сказал, что для формирования такого запаса необходимо, как минимум, два года. Реальны ли такие сроки?

— Сейчас правительство и Министерство топлива и энергетики работают над этим вопросом. Думаю, в течение месяца мы сможем представить все документы. Министерство топлива и энергетики предложит свой вариант энергетической стратегии. В ее рамках будет решаться и вопрос создания стратегических резервов. Мы хотим обсудить его с экспертами, чтобы эта политика была открытой.

— Некоторые политические силы предлагают пересмотреть бюджет на 2006 год. Нужно ли это делать?

— Реально будет внесена одна поправка по представлению Центральной избирательной комиссии, которая просит перенести со второго квартала на первый получение около 40 миллионов гривень, чтобы выполнить свои функции. Мы поддержали это предложение. Я подписал от имени правительства обращение к Верховной Раде, чтобы внести эту поправку. Вообще все, что подает ЦИК, мы стараемся выполнять в первую очередь. Остальные поправки, я считаю, вносить не нужно. Это можно сделать по результатам работы в первом полугодии.

«Наша Украина»
и партнеры

— Тимошенко обвиняет вас в том, что вы пользуетесь дости­жениями ее правительства. Что вы можете на это сказать?

— Я могу сказать, что мы работаем в условиях, когда нам никто не мешает. Никакие высказывания, направленные против правительства, никак не влияют на принятие решений. Мы продолжаем курс четко в русле политики президента Виктора Ющенко. Юлия Владимировна всегда приватизирует то, что с ее точки зрения позитивное, и всегда все вокруг виноваты, только не она. Поэтому нам не мешает ни окружение, ни холодная зима. Каждый украинец был обеспечен теплом, независимо от усилий Юлии Владимировны. Так же, я думаю, будет и дальше.

— “Народному Союзу “Наша Украина” — один год. Чего партия достигла и чего не достигла за это время?

— Наша партия совсем молодая. И мне, как человеку, возглавлявшему исполком с первых дней создания партии, хорошо известно ее организационное становление. Я рад, что мы не погнались за количеством. У нас достаточно серьезный порядок вступления, свидетельствующий о том, что люди идут в партию осознанно. Президент, наконец, получил в лице нашей партии последовательную политическую силу, которая выполняет его программу. Это очень важно. Важно для нынешних выборов, а еще важнее для предстоящих президентских 2009 года. Уже сейчас нужно думать о них и закладывать основу. Год нашей работы также показал и многие недостатки. Это связано с тем, что не все пока “притерлись” друг к другу. Дискутируем по поводу руководящих органов партии на областных и городских уровнях. Много дискуссий было и относительно центрального уровня. Считаю, что это трудности роста. Мне нравится наша партия и откровенные разговоры людей о тех или иных событиях. Часто встречаюсь с активом в областях, как правило, поздно вечером. Это очень теплые встречи единомышленников, видящих перед собой четкую цель и делающих общее дело. Такие встречи очень восстанавливают силы. Вскоре мы серьезно проанализируем выборы, оценим, как работала та или иная партийная организация. Осенью, очевидно, проведем съезд, и тогда станет понятно, как будем двигаться дальше. У партии еще много резервов и способов улучшения своей деятельности.

— Когда заходит речь об “оранжевой” коалиции, раздаются мнения о том, что, возможно, стоило сохранить формат Блока “Наша Украина” 2002 года...

— Дело в том, что можно говорить о чем угодно. Но есть реалии. Решение Украинской народной партии было таким, какое оно есть. И нужно уважать это решение. То же и с партией “Реформы и порядок”. О ней до последней минуты шли переговоры. Но случилось то, что случилось. Думаю, пример польской “Солидарности” свидетельствует, что очень сложно поддерживать единство демократических сил с разными спектрами. Нас объединила демократия, необходимость перемен. Но уже последующие пути развития страны каждая политическая сила видит по-своему. Думаю, что нынешние выборы станут холодным душем для многих. Тогда мы сможем провести переговоры еще с несколькими политическими силами. И в этом вопросе я все же оптимист, так как верю, что большинство “оранжевых” объединится.

Немного о себе

— Недавно прошли Шевченковские дни. Некоторые политические силы используют образ Шевченко в своей политической рекламе. Как вы к этому относитесь?

— Есть святыни, которые не нужно было бы трогать. Не надо всуе вспоминать имена людей, личности и творчество которых положены сегодня в основу нашего духовного развития. Для меня щемящим событием стало открытие памятника матери Тараса Григорьевича. Памятник матери для Украины — это символ.

— Обратимся к проблеме Государственной Шевченковской премии... Многие сегодня критикуют форму присуждения этой премии. Может, стоит ее пересмотреть?

— Имея некоторый опыт в вопросах наград, могу сказать, что это вопрос процедуры. Если в этот процесс недостаточно вовлечена общественность, нужно ее привлекать. Но проигравший всегда скажет, что выбор сделан неправильно. Сама по себе Шевченковская премия нужна. Должен существовать механизм ее присуждения. Давайте бороться за то, чтобы механизм стал совершенным.

— У вас остается время для книг?

— Я все время читаю. Как правило, это историческая литература, а также литература по управленческим вопросам и по специальности. Сейчас закончил Фоллета “Столпы земли” — о средневековой Англии. Я — несостоявшийся историк...

— Еще не поздно...

— Да. Буду сам писать... мемуары. Недавно Пересада, мой коллега, заведующий кафедрой в Киевском национальном экономическом университете, написал две серьезные книги об инвестициях. Они сейчас у меня на столе, я с ними работаю. Сегодня  (мы записывали интервью 9 марта. — Авт.) у меня хороший день, потому что Николай Жулинский подарил мне академическое издание произведений Тараса Григорьевича Шевченко. Это первое такое издание в Украине. А я книжник. У меня очень много книг. Мы с женой всегда их собирали, но и дарим их легко. Думаю, больше двух тысяч уже подарили. Наша семья раздает книги и в библиотеки, и в больницы, и в детские дома. Потому что жена мне поставила условие: новые книги могут войти в дом только в том случае, если я такое же количество подарю. Дважды в месяц мы с женой бываем либо в книжной лавке в “Квадрате”, либо в “Букве”, либо на Петровке (книжный рынок в Киеве. — Авт.).

— Вас не тянет снова преподавать? Читаете ли вы лекции?

— Честно сказать, сейчас, к сожалению, нет на это времени. Но я остаюсь профессором кафедры теоретической и прикладной экономики экономического факультета Национального университета имени Шевченко. В прошлом семестре принял зачеты у своих студентов.

— Вам нравится работать со студентами?

— Конечно. Я 17 лет без перерыва работаю со студентами. Очень нравится атмосфера, которая создается во время чтения лекции. Может, потому что мама учительница. Для меня лучшее время в жизни — это общение с молодежью. Поэтому сейчас, во время избирательной кампании, во время работы стараюсь встречаться со студентами.

— В вашей команде также достаточно много молодых людей...

— В команде много тридцатилетних. Это то поколение, которому мы должны сдать пост. Два министра, которым около 30 лет, среди моих советников человек пять таких. Это очень хорошо, что есть кому передать опыт.

— А нет конфликта поколений?

— Вопрос не в конфликте поколений, а в конкуренции ведомств... Но я очень доволен работой молодых министров.

— Какими бы вы хотели видеть своих детей и внуков?

— Мои дети уже состоялись. Сын закончил Московский физтех. Он хороший специалист и занимается компьютерами. Одной внучке три с половиной года, другой — четыре с половиной. Они говорят по-украински и по-русски, изучают английский язык. Мне очень хотелось бы, чтобы они жили в свободной демократической Украине. Они уже свободные люди. Их поколение вырастет совсем другим, думаю, жестче и прагматичнее, чем мы. Но это будет очень интересный глобальный мир, без проблем с передвижением, общением. И в то же время очень сложный мир. И дай бог, чтобы мои внучки и все дети Украины были воспитаны так, чтобы войти в этот мир спокойно, рассудительно, с пониманием того, что мы —
47-миллионная страна, занимающая на карте мира достойное место. Мы все сделаем для того, чтобы передать им сильное государство!

Валентина ВЛАСЕНКО.