№ 214 от 08 февраля 2007 г.

Берите пример с замполита!

Советский офицер утер носы западноукраинским языковедам

В прошлом году День украинской письменности, когда диктант на государственном языке писали почти все, начиная с президента Виктора Ющенко, ознаменовался сенсационным результатом. В городе Яворове, известном своей “глубоко патриотичной позицией”, лучший результат показал этнический россиянин, полковник в отставке Николай Душкин. Составляя план беседы с победителем, а о Душкине написали тогда многие российские СМИ, я преду­смотрел парочку вопросов на закарпатском, волынском и буковинском диалектах. Уж очень хотелось как следует протестировать знатока “мовы”!

От провокационного намерения пришлось отказаться уже на первой минуте беседы. Николай Николаевич принципиально разговаривает только на русском. Даже на работе, где каждого госчиновника, согласно постановлению Кабинета министров, ежегодно аттестируют на предмет владения украинским.

— Диктант-то вам предложили сложный?

— Да не сказал бы, что сложный. Средней заковыристости. Текст был взят из местной газеты, посвящался очередной годовщине Западно-Украинской Народной Республики.

— Были там “подводные камни”?

— Хватало. На один из них даже я напоролся. Впрочем, тире, которое пропустил, можно отнести к авторским...

— А раньше-то украинский изучать приходилось?

— Необходимости не было. Я ведь из семьи профессиональных военных, отец служил зенитчиком на советско-китайской границе в звании подполковника, в Оловяннинском районе Забайкалья. Там я и родился в пятидесятом году. Потом переехали в Инякино Шиловского района Рязанской области. По окончании школы поступил во Львовское высшее военно-политическое училище.

— На какой факультет?

— Там, если вы помните, готовили культпросветработников и журналистов. Я выбрал первую специальность. Двенадцать лет после этого прослужил в Азербайджане в ВДВ — начальником клуба, инструктором политотдела, замкомандира батальона по политчасти.

В Украину прибыл в восемьдесят седьмом в звании майора. Служил в Сторожинце Черновицкой области, потом во Владимире-Волынском, потом в Яворове. Уволился из армии в девяносто пятом.

— Были ли у вас сложности с трудоустройством?

— Еще какие! Все предприятия “заглохли”, упадок полнейший. Был вынужден даже пожарным устроиться. Хорошо, что придумали Западный центр адаптации уволенных военнослужащих. У нас в Яворове организовали курсы по изучению компьютеров. Мне довелось участвовать в их становлении, потом даже вел какое-то время занятия. В армии, к сожалению, с компьютерами никогда не сталкивался.

— Насколько я понимаю, в ваших краях осело немало этнических россиян, проходивших службу в ПрикВО. Как они отнеслись к пропагандируемой нынче программе переселения в РФ?

— Не думаю, что многие тут же сорвутся с насиженных мест и переедут. Сперва надо получить гарантии, что в российских регионах обеспечат достойные условия проживания и хорошо оплачиваемую работу.

— Вы бы лично переехали?

— Я — нет. И знаете почему? Мне кажется, на новом месте к пришельцам (хотя мы и русские) все равно будут относиться с недоверием. А здесь я чувствую себя более чем уверенно. Вы заметили, что разговариваю со всеми только на русском. И не чувствую в ответ неприязни.

P.S. В подшивке газеты “Яворiвський вiсник” удалось отыскать номер с тем самым “текстом средней заковыристости”. Начинался он сентенцией: “Протягом довгих рокiв iдея вiльної незалежної України прокладала шлях у свiдомостi поневоленого народу Галичини, спонукала його до наполегливої боротьби за нацiональне i соцiальне визволення...”

После такого вот многообещающего вступления следовали упоминания о России, которая якобы только тем и занималась, что “гнобила” народы, населявшие живописный край. Представляю, каково было воспроизводить этот набор идеологических штампов бывшему замполиту! Николай Николаевич успешно справился с заданием, при том, что мнение автора едва ли разделял.