№ 53 от 15 мая 2018 г.

Лики войны

Свидетель истории

Художник Геннадий Добров оставил после себя около 10 тысяч работ: живописные полотна, графику, офорты, наброски. Но по истечении многих лет особо ценятся его «Листы скорби» – графический цикл, посвященный страдающим людям.

ОДНА из серий этого цикла – «Автографы войны» – насчитывала 36 графических портретов инвалидов Великой Отечественной, которые Геннадий Михайлович нарисовал с 1974 по 1980 годы. В советское время их можно было увидеть только в мастерской художника, потому что боялись показать столь страшные рисунки неподготовленному зрителю.
Впервые Геннадий Добров увидел солдат, покалеченных войной, еще в детстве. На базаре, в Омске, где он тогда жил, его поразил вид побирающихся инвалидов с орденами на груди – кто-то был без рук, кто-то без ног. Их облик запал в душу будущего художника.
Окончив Московскую среднюю художественную школу имени Сурикова, а затем и художественный институт, он стал не только рисовать жильцов дома инвалидов, но и общаться, выслушивать и помогать им по возможности. А инвалиды, которые чувствовали себя никому не нужными и брошенными, увидели, что  ими кто-то заинтересовался всерьез. Кстати, до того как Геннадий Добров стал художником, он успел поработать милиционером, санитаром в больницах, а также пожарным в театре, где приобрел чувство сострадания к другим и большой социальный опыт.
Он шесть лет ездил по разным домам инвалидов. Побывал в Бахчисарае, на Сахалине, в Карелии... При этом ему нигде не отказывали, но начальство этих домов не очень понимало, для чего это нужно – рисовать тех, кого опалила война. Его даже упрекали в том, что портреты эти бьют по нервам и глазам. А он продолжал делать свое дело – рисовать ради самых возвышенных целей: чтобы напомнить об инвалидах войны.
В 1974 году художник оказался в доме инвалидов на острове Валааме. Проведя с ними не один месяц, Добров писал оттуда своей жене: «Меня пугает, что ты так боишься всяких страданий и так старательно от них отгораживаешься. Я тут вожу на коляске больных в баню, мою им руки и спину, таскаю их, перетаскиваю, вожу на коляске, помогаю, чем могу, и ничем не брезгую...»
«Сейчас рисую второй портрет инвалида войны, – сообщал он в одном из писем. – Хожу в библиотеку, ищу в книгах ордена и медали, потому что свои они растеряли. Ангелы, а не люди, ни в ком ни капли лжи, души нараспашку... Приходят, рассказывают о себе. И наплачешься, и насмеешься с ними. А песни какие поют! Я таких и не слыхал никогда, самые окопные какие-то, и откуда они их берут».
Художник Добров всю жизнь не только рисовал – он и слушал тех, кого рисовал, записывал их истории, пересказывал жене, наговаривал на диктофон все увиденное. Позже по этим материалам вышла в свет книга «Ночные летописи».
С 1989 по 2001 годы Геннадий Добров ездил по Афганистану, после чего создал большую серию «Молитва о мире». Посетил бывшие фашистские концлагеря, где родилась новая серия его графических работ «Реквием». И все последующие годы жил под девизом: «Никто не забыт, ничто не забыто!»
За год до своей смерти, в 2010 году, Геннадию Доброву было присуждено звание Народный художник, а также медаль «Борца за мир» за серию «Автографы войны».
При этом он всегда повторял: «Трудно, ох, трудно далась нашему народу эта Победа. Сколько вдов оставила, сколько детей не родилось на нашей многострадальной земле. Сколько судеб искалечила... А скольких людей?»