№ 166 от 14 ноября 2006 г.

Чтобы нашему роду не было переводу

Отношение общества к самым маленьким своим гражданам — это тест на гуманность и цивилизованность. О том, что нам следует сделать, чтобы защитить право ребенка на счастливую жизнь, мы беседуем с председателем Комитета по вопросам науки и образования Верховной Рады Украины Екатериной Самойлик.

Закон, который объединит всех

— Екатерина Семеновна, возглавляемый вами парламентский комитет недавно инициировал проведение международной конференции “Опыт института Уполномоченного по правам ребенка: перспективы для Украины”. Насколько актуальна эта проблема?

— В первую очередь нужно честно ответить самим себе на простой вопрос: готово ли наше государство услышать своих самых маленьких граждан, и на должном ли уровне мы, взрослые, защищаем их права. Ответ вполне предсказуем. Конечно же, нет. Именно поэтому, считаю, целесообразность введения в Украине института уполномоченного по правам ребенка является более чем неотложной. Двери этого учреждения должны быть всегда открыты для детей, а его представители должны работать на региональном уровне и войти в состав всех профильных министерств и ведомств.

Конечно, все это будет стоить соответствующих денег, однако мы, несмотря на все экономические трудности, обязаны это сделать без малейшего промедления. Сегодня законопроект о введении в Украине института Уполномоченного по правам ребенка находится на экспертизе в соответствующих структурах Европейского cоюза. Я очень надеюсь, что данный закон объединит в парламенте все политические силы, и мы сможем рассмот­реть его уже на нынешней сессии. В настоящее время чрезвычайно важно выяснить, сколько у нас беспризорных, сколько сирот или полусирот, что собой представляют общественные организации. Потому что одни из них действительно работают на благо детей, а другие просто проедают иностранные гранты или, еще хуже, занимаются усыновлением ради коммерческой выгоды.

Бизнес на сиротах

— Усыновление иностранцами переросло в довольно острую проблему. Государство, отдавая своих сирот в зарубежные семьи, практически теряет контроль над их дальнейшей судьбой.

— Мы должны честно сказать, что, к величайшему сожалению, для кое-кого иностранное усыновление стало формой бизнеса. То есть на детях, и без того обделенных судьбой, кто-то зарабатывает довольно большие деньги. И никого это серьезно не беспокоит. Не может быть ничего более позорного для общества, когда дети превращаются в товар. Припоминается громкое дело, имевшее место в первые годы независимости Украины, когда детей массово отправляли в США или Канаду. Пренебрегали даже тем, что у них на Родине оставались родственники, бабушка или дедушка. То есть здесь сохранялись их корни, а они уезжали навсегда. Прошли годы, скандал поутих, а детей домой так и не вернули. Их судьба точно никому не известна, да и живы ли они в настоящее время, тоже не ведает никто. Чтобы подобное не происходило и в дальнейшем, в первую очередь должны позаботиться в МИДе и его консульствах. Но одно дело государственное сопровождение усыновленных наших сирот за рубежом, где, кстати, до своего совершеннолетия за ними сохраняется украинское гражданство, а другое — бесконтрольность за деятельностью посредников, которые здесь, в Украине, занимаются “экспортом” сирот за границу.

Нужно предоставлять приоритет национальному усыновлению. Во время одного из моих последних визитов в детдом я познакомилась с очень талантливой девочкой. Она — социальная сирота, то есть где-то есть отец или мать, но им она оказалась не нужна. И каким же горьким было мое разочарование, когда я услышала, что вскоре этот ребенок уедет в Германию, где его ожидает семья усыновителей. Почему же эта прекрасная девочка, возможно, будущая гордость Украины, уезжает жить в чужую и далекую страну? Неужели мы не можем найти ей семью здесь, на собственной Родине? Или, может быть, мало у нас бездетных семей?

Все семьи особенные

— Тем не менее лозунгами, мол, дорогие соотечественники, давайте будем активнее усыновлять украинских сирот, дело с мертвой точки не сдвинешь.

— Бесспорно. Кроме морального или сугубо граждвнского долга государство обязано разработать соответствующую программу помощи тем национальным семьям, которые решаются взвалить на свои плечи нелегкую ношу воспитания чужих детей. Ведь это довольно большие финансовые затраты. Поэтому такие семьи в первую очередь должны ощущать от государства как социальную, психологическую, так и материальную помощь.

Только здесь нужно все время держать руку на пульсе. В свое время ко мне за содействием обратилась моя бывшая ученица. У нее двое своих детей, но решила усыновить еще двоих. Я начала выяснять детали, и была поражена истинной причиной такого намерения. “Благородная мама” почему-то решила, что сможет получить от государства бесплатный автобус для своего мужа, который занимается бизнесом. Для меня это был шок, поэтому пришлось сделать все, чтобы такое “усыновление” не состоялось.

Думаю, с введением института Уполномоченного по правам ребенка подобные риски мы сведем к минимуму. В государстве должна быть структура, которая бы постоянно отслеживала, с какой целью семьи идут на усыновление. Хотят воспользоваться финансовой помощью на детей ради решения каких-то собственных проблем или действительно заменить сироте родных родителей.

Конечно, тем семьям, которые усыновляют сирот, нужно всячески помогать. Но не меньше должно заботиться государство и об остальных украинских семьях. У нас в настоящее время насчитывается 400 тысяч многодетных семей. В таких семьях прекрасная обстановка, воспитывается любовь к труду, чувство коллективизма, взаимопомощи и не культивируется иждивенчество. Зато там другая беда — тотальная бедность. От этих семей государство также не должно отворачиваться. Здесь должны быть унифицированные подходы. Все дети должны быть равными, одинаково защищенными и пользоваться равными правами. Только так мы докажем, что в действительности исповедуем принцип, чтобы нашему роду не было переводу.

«А у меня такой красивый бантик»

     — Знаю, что проблемы сиротства Вам известны не понаслышке.

— Я хорошо помню то мгновение, когда после распределения приехала посмотреть на свое первое рабочее место в Херсонский детский дом. Ко мне подбежала группа детей, и у всех на устах была единственная фраза: “Тетя, а кого вы хотите взять?” Со всех сторон звучало: “Возьмите меня, у меня такой красивый бантик”, “А у меня голубые глаза”. А другой, не такой шустрый ребенок, стоит неподалеку с глазами полными слез и о маме даже боится мечтать. Смотреть на эти маленькие трагедии действительно тяжело. Поэтому спасибо тем людям, которые днем и ночью заботятся о сиротах в интернатах и детских домах.

Конечно, нам нужно реформировать заведения интернатного типа. Сейчас они переполнены, и дети в них растут практически изолированно от общества. Но я против модели, которую нам предлагает Министерство семьи и молодежи, — создать специальные городки, этакое своего рода гетто. Мол, вот здесь должен быть детский дом, а там — школа. Помню, как выводила своих детей в город в праздничные дни, а они были в одинаковой одежде. И все на них тыкали пальцами: “Детдомовцы, детдомовцы идут!” В этот миг мне казалось, будто я такая же детдомовка, как и они. Нельзя устраивать гетто для этих детей. Они должны быть приспособлены к нашей общей жизни. Жить общими проблема, нашими трагедиями, нашими достижениями. И если уж судьба лишила их родных родителей, то государство просто обязано найти им новую достойную семью, а тем временем гарантировать полноценную и счастливую жизнь в интернате.