№ 163 от 08 ноября 2006 г.

Как прежде, непостижим

В ЛОНДОНСКОЙ Национальной галерее демонстрируется около полусотни полотен великого художника испанского барокко Диего Веласкеса. Это примерно половина всех его сохранившихся живописных работ. Выставки такого масштаба — редкость во всем мире, а в Британии это вовсе первый выставочный проект такого уровня.

Именно Национальная галерея может похвастаться вторым по размеру собранием Веласкеса: лучше он представлен только в мадридском Прадо, где хранятся едва ли не самые известные из его вещей — “Менины” и “Сдача Бреды”. Удивительно то, что еще до открытия выставки количество предварительно проданных би­­летов побило все рекорды. И это в Лондоне — городе, довольно избалованном в смысле изобразительного искусства. На фоне толков об упадке традиционной музейной культуры и торжестве цифровых репродукций это выглядит обнадеживающе.

Романа “Код Веласкеса” не существует, массовая культура вообще за этого художника не бралась. Хотя он и признан автором общеизвестных шедевров, среди них нет картин наподобие той же “Моны Лизы”. Добавить к этому и реноме “художника для художников”.

На выставке картины представлены в строго хронологическом порядке: первые годы — контрреформационный мистицизм, потом знакомство с Тицианом и путешествие в Италию, первые работы при дворе; патронат всесильного графа — герцога Оливареса, дружба с королем, многочисленные портреты членов его семьи, следующие визиты в Италию; закат века Филиппа IV и знаменитые полотна на мифологические сюжеты (дряхлеющий усатый Марс, Аполлон в кузнице Вулкана, обнаженная Венера с зеркалом).

Самое удивительное, что выставка не побуждает перестать воспринимать Веласкеса как художника для художников. Он так и остается личностью, довольно закрытой для всякого посетителя. Как закрытой казалась остальным европейцам и Испания его времени, которую он олицетворяет.