№ 92 от 26 мая 2011 г.

Петр Симоненко: «Надо наводить порядок в кадровой политике государства»

– Петр Николаевич, на днях президент дал старт увольнениям в Кабмине Николая Азарова. По его словам, пришло время “делать выводы и отстранять от реформаторской работы” тех министров, которые не способны обеспечивать ее эффективность. Министр здравоохранения уже в отставке. Кого еще вы, как представитель большинства, считаете лишним?

— Я поддерживаю предложение президента обеспечить высокий профессиональный уровень организации работы Кабмина. Сегодня всем чиновникам надо внимательно отнестись к тому, как они выполняют свои должностные обязанности. Постановка задачи не нова.

Что мешает наладить четкую работу? Прежде всего высокий уровень коррупции, а также то, что многие сегодня рассматривают управление тем или иным направлением, министерством прежде всего с точки зрения капитала и возможностей обогатиться. Мы выступаем категорически против этого. Компартия показала ярчайший пример того, как надо организовывать работу — как работает наш представитель Игорь Калетник, возглавляющий Государственную таможенную службу. Ведь 35 процентов поступлений в госбюджет — это таможня. Калетник принял ее с суточными поступлениями в 250 миллионов гривен, а год спустя она уже ежедневно дает по 500 миллионов гривен в государственный бюджет.

Я очень надеюсь, что президент доведет начатое до логического завершения. Должна быть установлена высокая планка требовательности. Так что я поддерживаю кадровую позицию президента, и, насколько это возможно, фракция будет ему в этом помогать.

То, что надо наводить порядок в кадровой политике, — однозначно.

— И все-таки, кого конкретно вы считаете лишним в Кабинете министров?

— Я не буду так говорить — кто лишний, кто не лишний. В данной ситуации надо глубоко проанализировать деятельность каждого министерства. А почему не могу сейчас сказать? По одной простой причине: реорганизация органов власти еще не завершена...

— Вы имеете в виду административную реформу?

— Да. Кроме того, надо понимать, что админреформа — это еще и новые программы и задачи, которые должны быть поставлены перед чиновниками. И уже в этих новых условиях необходимо будет проверить, с одной стороны, насколько функционально обеспечивается управляемость той или иной структуры, а с другой — какие конкретно люди там находятся. Поэтому я считаю, что пока преждевременно именно так ставить вопрос. А вот в том, что надо очень серьезно анализировать работу каждого чиновника, не сомневаюсь.

— Кто должен это делать? Коммунисты, как представители большинства, готовы?

— Анализировать и контролировать, действительно, должны те политические силы, которые находятся при власти. О своем товарище я вам четко сказал: я знаю, чем он занимается, я помогаю Калетнику, я отвечаю за его работу перед партией и большинством.

— А за остальных, хотите сказать, вы не в ответе?

— А за остальных я не отвечаю, потому что есть другие политические силы, которые их делегировали на должности, они и должны отвечать. Кроме того, государственный контроль должен осуществлять аппарат Кабинета министров и Администрация президента. Потому что президент у нас по Конституции всех и назначает, и увольняет. Таким образом он несет ответственность за кадровый потенциал и за результаты работы этого кадрового потенциала.

— Ваши коллеги по большинству, народные депутаты от Партии регионов, говорят, что пока не видят необходимости отправлять в отставку весь Кабмин, потому что он “в срок справляется с поставленными задачами”. Вы согласны с этой позицией?

— Нам пытаются навязать кадровый сценарий “убрать всех и привести новых”, но для его реализации надо вначале определить печку, от которой будем танцевать. Для чего убирать весь Кабмин? Если для того, чтобы восстановить управляемость экономикой, — тогда надо поменять как направление реформ, так и политическую систему. Государству надо вернуть собственность. В противном случае ни одну программу государство не сможет реализовать. У нас все зависит от желания крупного капитала, от олигархов: хотят — платят, не хотят — все в тени болтается. А государство для них — это комитет по управлению их собственностью.

Я считаю, что правительство Николая Азарова до конца не определило своих задач. Надо менять алгоритм целевых задач, которые ставятся перед правительством. И правительство должно отвечать каждый день по конкретным показателям. Я сторонник того, чтобы определить в годовом плане социально-экономического развития показатели, по итогам которых мы должны оценивать работу Кабинета министров.

СЕГОДНЯ постоянно идут разговоры о том же ценовом рынке продуктов. Что вы, извините, руками разводите? У вас есть закон о ценообразовании: пожалуйста, пользуйтесь этим законом и наводите порядок. Если американцы повысили цены на нефть, это не означает, что нефть пришла из Америки уже по той новой цене, которую они установили. И не надо заниматься глупостями. У нас сегодня нет ни одного литра бензина того качества, которое мы оплачиваем из своего кармана. Почему за это никто не отвечает? Как один герой говорил: чем там у нас разбавляли бензин? Так вот и сейчас этим же разбавляют! Кабмин руками разводит, а кто-то себе карманы набивает. Государство должно все это регулировать. С этого должно начинаться управление, и этим обязан заниматься Кабинет министров.

— Как оцениваете работу лично Азарова на посту премьер-министра?

— Я так скажу: он заложник обстоятельств. Такая у него, к сожалению, судьба. Если бы он был в состоянии вести свою политику... Но Кабинет министров работает, к сожалению, не на интересы 45 миллионов украинцев, а на интересы крупного капитала.

— Отставка Азарова, которой ждут уже второй год, возможна?

— Никто из нас не вечен. Придет время, и либо сами представи­тели Партии регионов, либо кто-то другой поднимет этот вопрос.

— Говорят, Янукович “придержит” Азарова до осени, а потом уволит.

— Не буду делать предположений. Пока мы занимаемся тем, что предлагаем конкретные программы для правительства, направленные на улучшение результатов хозяйственной деятельности. Большей частью оно, конечно, не соглашается с этими программами, потому что наши предложения выходят далеко за пределы интересов крупного капитала — олигархов. То есть время пребывания на посту Николая Азарова прежде всего зависит от того, как группировки олигархов будут договариваться между собой.

— Кстати, не видите ли вы в запланированных кадровых перестановках продолжения политических игр, которые ведут разные группы влияния в окружении президента? Есть мнение, что это может быть наступлением группы Левочкина, что увольнения могут затронуть кого-нибудь из подшефных первого вице-премьера Андрея Клюева...

— Я не исключаю этого. Коммунисты всегда говорили, предупреждали, предостерегали, доказывали, что это имеет место. Сегодня в структуру управления приходят не затем, чтобы делать что-то для народа, а чтобы в очень сжатый отрезок времени успеть прикарманить как можно больше того, что им никогда не принадлежало. Вполне допускаю, что идет борьба за колоссальный бюджетный ресурс. Бюджет используется для того, чтобы финансировать определенные финансовые группировки, и с этим пора кончать.

— Можете уточнить, какая бизнес-группа выигрывает от перестановок в Кабмине?

— Это можно будет четко определить только тогда, когда бизнес-группы закончат переговоры между собой о том, что и кому будет отдано. А такие переговоры, скорее всего, уже идут. Не хочу ничего предполагать, это будет не до конца продуманно с моей стороны.

— Решения по отставкам принимаются Азаровым или в Администрации президента?

— Думаю, в данной ситуации решения по отставке принимаются в Администрации президента.

— Чем закончится конфликт Тигипко и Калетника? В марте Тигипко публично требовал отставки руководства таможни, в апреле заявил, что налоговая и таможня убили веру людей в реформы... Журналисты считают, что это черный пиар...

— Все закончится победой Калетника. Я четко знаю, что он предлагает. Калетник сказал бизнесу: давайте будем честно работать, я от имени государства буду идти по пути сокращения времени офор­мления и уточнения процедуры, а вы, со своей стороны, четко указывайте, что в контейнерах завозите, по какой цене, и оплачивайте все в полном объеме. Но ведь бизнес не хочет этого. Он заинтересован в снятии жестких требований со стороны государства, но при этом не собирается нести ответственность перед государством. Хотя как только Игорь Калетник стал руководить таможней, корабли с товарами, которые раньше оформлялись по 300-400 тысяч, начали платить по 5 миллионов гривен каждый.

А знаете, почему Львовский облсовет так возмутился? (В марте депутаты требовали отставки Калетника. — Ред.). Потому что в облсовете очень многие представители партии “Свобода” сидели на контрабанде. Я вам назову две цифры. 2009 год: разница в оформлении документов между Польшей и Украиной — 400 миллионов долларов. Калетник за 8 месяцев 2010 года довел разницу эту до трех миллионов долларов. Так почему во Львове заскулили? Потому что он перекрыл контрабанду. Вот и началась такая охота на Калетника.

И подобных примеров я могу привести массу. А Тигипко и те, на кого он опирается, естественно, хотели, чтобы государство снова никаких требований к бизнесу не предъявляло. Я думаю, эту кампанию организовал сам Тигипко, чтобы покрывать вот эти все преступные деяния.

— То есть Тигипко в этом конфликте защищает собственные бизнес-интересы?

— Не исключено. Он ведь был причастен к определенным делам с цементной промышленностью Украины, когда ее уничтожили, фактически отдав французам (в конце 90-х годов предприятия цементной промышленности были проданы за бесценок французскому гиганту — корпорации “Lafarge”. Тигипко тогда занимал, как и сейчас, должность вице-премьера. — Ред.). Калетник ведет абсолютно открытую политику. Тот бизнес, который работает “в светлую”, не предъявляет ему никаких претензий. А тот, который не хочет работать честно — и именно его интересы отстаивает Тигипко, — пытается дискредитировать Калетника. Но еще раз хочу подчеркнуть: знаю Калетника как серьезного профессионала. Этот человек очень серьезно относится к исполнению своих обязанностей.

Вы знаете мою позицию. Тигипко надо давно убрать из правительства. Но, к сожалению, все это договоренности определенных бизнес-кругов, которые используют государственные полномочия, чтобы некие бизнесовые договоренности перевести в политические.

С лидером КПУ Петром Симоненко беседовала Валерия КОНДРАТОВА. ЛІГАБізнесІнформ.