№ 56 от 30 марта 2011 г.

Союз сердец нерушимый

В доброе советское время обычно такие материалы начинались с фразы “письмо позвало в дорогу”. Теперь времена другие, когда почти каждое письмо проникнуто болью и отчаянием. Поэтому особенно приятно обнаружить в почте нестандартное послание...

ПРИСЛАВШИЙ СВОЕ письмо из Запорожья Вячеслав Григорьевич Онопко начал издалека. В 1961 году в “Рабочей газете” (№ 1320) был опубликован снимок фотокора “РГ” Александра Дмитриева — молодая пара в цветущем саду. Это были молодожены Вячеслав и его верная подруга Варвара — подручный сталевара цеха № 1 завода “Днепроспецсталь” и лаборантка-спектроскопистка того же цеха. “В осенний период бытия, когда подводятся итоги, — пишет Вячеслав Григорьевич, — можно сказать, что мы эту жизнь прожили не зря”. Прошло 50 лет. Супруги родили и воспитали сына и дочь, гордятся двумя внуками и двумя внучками, построили дом и вырастили свой сад, отметили годовщину золотой свадьбы. “Всю свою жизнь мы проработали на родном заводе, пережили ту же историю, что и тысячи наших современников светлой, советской, эпохи”, — отмечает старейшина семьи Онопко.

ИНТЕРЕСНЫ ОТЗЫВЫ ветерана и о нашей газете. “Хочется поблагодарить редакцию “Рабочей газеты” за то, что ее героями были и остаются люди труда с их проблемами, чаяниями и ценностями. Так держать! Недаром вы “Рабочая газета”, а выше звания, чем рабочий, нет! Его трудом создано все, что нас окружает. Дома, где живут люди, сады, посаженные его руками, ими, руками рабочего, созданы все условия для новых поколений, для продолжения жизни на прекрасной планете Земля!” Своей задушевностью письмо вызвало желание навестить чету ветеранов в их родном гнезде. Следует отметить, что встреча получилась очень радушной. А разговор о жизни ветеранов весьма трогательным и откровенным.

Затяжной подъем на вершину

В ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ Вяче­слав Онопко готовился стать летчиком. Он отлично летал на самолете в местном аэроклубе. Но именно яростное эмоциональное желание и подвело его при поступлении в училище. Переволновался, поднялось давление, и этого оказалось достаточным, чтобы медицинская комиссия поставила крест на его юношеской мечте. (Когда призвали в армию, служил все-таки в авиации — 465-й истребительной авиадивизии 34-й Воздушной армии, но в аэродромном обслуживании).

Поступать в другой институт было уже поздно. Кто-то из одноклассников подсказал, что продолжается набор в металлургический техникум. Представления о будущей профессии не было никакого, кроме школьной экскурсии в мартеновский цех “Запорожстали”. Парня тогда буквально заворожило зрелище кипящей стали... Именно та экскурсия и предопределила дальнейший выбор профессии.

НЕСМОТРЯ НА ТО, что первое рабочее место было далеко не престижным (канавщик), до сих пор Вячеслав Григорьевич помнит день, когда началась его трудовая биография — 22 сентября 1954 года.

Затем служба в армии, после которой вернулся в свой родной сталеплавильный цех. И хотя прошло 2,5 года, добросовестного парня не забыли, но взяли опять канавщиком. Стать сталеваром было не так просто. Как-то, относя пробу металла в лабораторию, заметил там красавицу спектроскопистку Варвару, только-только устроившуюся на завод. Всегда старался пробы относить именно ей. Встречаться начали... Память опять не подводит ветерана: “Как сейчас помню, 4 ноября 1959 года”. До сих пор в Дубовой роще — одном из самых популярных в Запорожье мест отдыха — сохранилась березка, возле которой встречались влюбленные...

А ВОТ СО СВАТОВСТВОМ случились проблемы. Уж больно Слава переживал, что Варя может отказать. Долго думал, с какой же стороны подойти, чтобы наверняка! Выход нашелся через секретаря комитета комсомола Толика Погребняка, который деликатно наводил справки о глубине чувств Вари, уточнял, готова ли та выйти замуж за простого подручного сталевара. Даже когда подали заявление, Вячеслав все не решался поговорить с ее родителями.

Варвара Николаевна хорошо помнит первые дни в спектральной лаборатории, где встретила свою половинку. Было ей всего семнадцать. Проработав на одном месте 38 лет, ушла на пенсию в 1993 году, когда поняла, что работать на буржуев — это совсем не то, к чему она привыкла.

Сердце стучало: только вперед

СОВЕРШЕННО ЕСТЕСТВЕННО, что человеку не очень ловко рассказывать, какой он замечательный. Естественная скромность присуща и Вячеславу Григорьевичу с Варварой Николаевной. Пришлось воспользоваться воспоминаниями о заслуженном ветеране бывшего заведующего отделом пропаганды Запорожского ОК КПУ, доктора философских наук Виталия Ивановича Воловика:

— Как-то на одном из пленумов горкома комсомола обратил на себя внимание эмоциональным выступлением молодой человек привлекательной внешности, подкупающий решительностью и энтузиазмом. Он говорил о том, что надо доверять молодежи, предоставлять ей больше самостоятельности, право показать свои возможности, создавать комсомольско-молодежные бригады. Звали его Вячеслав Онопко. Следующая встреча состоялась в обкоме комсомола, где Вячеслав повел разговор об одной интересной инициативе. На глаза ему попалась фотография в газете “Правда” — бархатный сезон на острове Хортица. В материале рассказывалось о ветеранах полка кремлевских курсантов, отдыхавших в утопающем в розах профилактории завода “Днепроспецсталь”. В своем письме ветераны обращались к молодежи предприятия с просьбой: “Проходя мимо могил тех, кто остался навеки молодым, низко склоните головы”. Речь шла об их однополчанах, погибших в боях с войсками Врангеля под Ореховым, недалеко от Запорожья. Приходилось им воевать и на острове Хортица, где ныне располагались заводские здравницы. У этих изумительнейших людей можно было учиться чистоте отношений, честности, правдивости, принципиальности. Качествам, которые так ценились в то время.

СОСТОЯЛАСЬ ВСТРЕЧА, и бывшие курсанты подружились с молодыми рабочими. А когда уезжали в Москву, попросили несколько кустов роз, чтобы посадить их у обелиска, установленного на территории Кремля по указанию Ленина в честь тех, кто погиб на украинской земле. Но Онопко внес свое предложение: “Мы организуем заводское соревнование комсомольско-молодежных бригад, и победителям будет оказана честь поехать в Москву и высадить розы у обелиска”. Причем при подведении итогов учитывались не только производственные показатели, но и учеба, участие в общественной жизни предприятия, многое другое. В ходе того соревнования даже появились Герои Социалистического Труда. В частности, им стал Дмитрий Галушко, с которым соревновался Эдуард Васильчишин, удостоенный этого звания чуть позже. Итоги соревнования регулярно подводились в канун дня рождения Владимира Ильича Ленина. В этот день победители соревнования всегда посещали Москву, чтобы возложить цветы к памятнику курсантам и к Мавзолею Ленина. Статья “Сталь и розы” рассказывала об этом почине в газете “Правда”, и даже был снят документальный кинофильм с тем же названием.

С людьми, ради людей

– А ОНОПКО ПОСЛЕ окончания своей комсорговской “вахты”, — продолжает Виталий Воловик, — снова попросился в цех. Если в комитет комсомола он пришел с рабочего места подручного сталевара, то обратно вернулся уже сталеваром. А когда получил высшее образование, был назначен начальником цеха. Затем его избрали председателем заводского комитета профсоюзов. Необходимые навыки получал в школе профдвижения. По его инициативе начали строить великолепный дворец культуры для днепроспецсталевцев, который и поныне лучший в Запорожье. Онопко всегда был в центре проблем и задач, которыми жили заводчане. В коллективе “Днепроспецстали” царил настоящий дух коллективизма, товарищества, который начисто испарился ныне. Как бы пришедшие к власти “добродії” ни проклинали наше прошлое, но такого им не достичь. Все глушит тотальное стяжательство.

ПОМНЮ, КОГДА Украина выбрала “незалежність”, меня назначили заместителем главы областного совета по исполнительной работе. Я пригласил Онопко в свой аппарат представителем по связям с общественностью, с политическими партиями, молодежными движениями. Но реализовать свой богатый потенциал в изменившихся условиях уже практически было невозможно. Однако Вячеслав Григорьевич остался тем человеком, о котором можно говорить только добрые слова.