№ 34 от 23 февраля 2011 г.

Спасет ли президент завод?

Работа. Зарплата. Защита

Это письмо пришло в редакцию всего два дня назад. Но мы сразу же включили его в план работы. Ибо каждое слово, написанное кадровым рабочим ветераном труда Михаилом Моисеевичем Вараввой, — это боль человека, на глазах которого гибнет предприятие, ставшее ему родным. Это боль гражданина, сознающего, что уходит в небытие национальное богатство Украины...

Одни из главных в Конотопе
СВЫШЕ сорока лет отдал Михаил Моисеевич Конотопскому вагоноремонтному заводу. Это предприятие прошло, как замечает рабочий, большой и славный путь. И в нынешнем году могло бы отметить свое 142-летие. Долгое время завод работал нормально, строил жилье, содержал солидную социальную сферу — дом культуры, детские сады, пионерский лагерь, базу отдыха. Он давал Конотопу пять тысяч рабочих мест и отчислял в городской и государственный бюджеты немалые средства.

Завод постоянно обновлялся, реконструировался. На 29 гектарах его площадей, разместившихся рядом с одной из главных магистралей Юго-Западной железной дороги, было все необходимое для качественного ремонта подвижного состава. Только в 1990 году здесь восстановили 840 пассажирских вагонов и 176 пятивагонных рефрижераторных секций. “Ремонтировали мы и горочные вагонные замедлители, изготавливали выхлопные коллекторы дизелей тепловозов, формировали новые колесные пары, отливали тормозные колодки, делали шаблоны для замера ширины колеи и даже обода колес для белорусских автозаводов, — рассказывает Варавва. И с горечью добавляет: — Однако не стало Союза, и все пошло вразнос, стало рушиться...”

В результате дикой инфляции завод лишился оборотных средств. Стало невозможно приобретать материалы и комплектующие изделия. Как снежный ком начали расти долги. В том числе и по зарплате. С горизонта исчезли крупные, теперь уже зарубежные, заказчики — предприятия России, Казахстана, Беларуси... Ненужным оказался завод (по крайней мере, его основная продукция — пятивагонные рефрижераторные секции) и своему государству. Начался распад предприятия.

«Расчлененка» не бывает спасительной

ЯКОБЫ для того, чтобы спасти завод, в 1999-м началась его реструктуризация. Предприятие расчленили на пять частей: расположенный на отдельной территории цех № 18, жилищно-коммунальный отдел (теперь жэк “Южный”), ТЭЦ (теперь ГП “Теплодар”), Конотопский завод по ремонту дизель-поездов (КЗРДП) и старый вагоноремонтный завод, на который повесили все долги. Часть производственной территории отдали под открывшийся здесь базар. Корпуса ремонтно-строительного и дизельно-компрессорного цехов продали за бесценок частникам, а оборудование сдали в металлолом. Остальные корпуса пустовали и сразу же начали разрушаться.

После операции “Спасение” завод по ремонту дизель-поездов вроде бы начал работу. С чистого, как говорили, листа. Однако недолго “музыка играла”. Вскоре число заказов стало уменьшаться, а затем они и вовсе исчезли. Штат работников сократился до 1300 человек. И в 2007 году состоялась вторая “расчлененка”. Теперь эта участь уже коснулась (при процедуре банкротства) “спасенного” КЗРДП. Основные средства стоимостью около 26 миллионов гривен перешли в погашение кредиторской задолженности в частные руки, и затем были переданы некоему ООО “Бета-сервис”. Завод стал арендовать у него свои же средства производства.

Ну а финал истории, рассказанной Михаилом Моисеевичем, совсем уж грустный. Конотопский завод (еще дышавшая до последнего времени его часть — КЗРДП) пришел в полный упадок. Заказов больше нет. На предприятии осталось чуть больше 400 человек, приходящих “на работу” раз в неделю. И уже слышится, замечает рабочий, погребальный звон — завод на грани краха...

Зачем же строить построенное!
“НАМ, бывшим его работникам, больно смотреть, как умирает родное предприятие. Потому-то обо всем этом я и другие мои товарищи рассказали в обращении к руководителям государства — президенту Виктору Януковичу и председателю Верховной Рады Владимиру Литвину, — пишет Варавва. — Мы просили спасти завод, сохранить рабочие места и возможность зарабатывать на хлеб. Мы обратили внимание руководителей страны на то, что гибель крайне важного для государства звена (“РГ” недавно отмечала, что износ грузовых и пассажирских вагонов составляет в Украине 80 процентов) стала следствием неправильного решения “Укрзалізниці”, бросившей завод на произвол судьбы. В результате уже готовое производство разрушается и может вообще исчезнуть, а в вагонном депо станции Бахмач пытаются соорудить новые мощности по ремонту подвижного состава. То есть до преступного нерационально тратят в период кризиса государственные средства”.

Работники предприятия попросили президента и спикера парламента помочь Конотопскому заводу по ремонту дизель-поездов получить заказы на восстановление подвижного состава, содействовать объединению отдельных частей некогда единого производства, его возврата в государственную собственность. От адресатов пока ответа нет, а вот “Укрзалізниця” и Минтранс откликнулись. “Отписками-близнецами примерно такого содержания: вы, мол не наши, поэтому помочь не можем”, — сокрушается Варавва, выражая крайнее возмущение такой позицией “руководящих” структур.

Решить вопрос, как требуют рабочие!

“РГ” — УЧАСТНИК национального проекта КПУ “Работа. Зарплата. Защита” разделяет эти чувства, и вновь, теперь уже публично, обращается к президенту и главе парламента: решите, господа, вопрос по-государственному! Так, как ставят его рабочие. Докажите, что судьбы людей и страны вам все-таки не безразличны!

Или вам плевать на все с вашингтонской башни, где по странному совпадению находится штаб-квартира обожаемого вами и уже управляющего Украиной МВФ? Вспомните, что никто, кроме нас самих, нашу экономику из руин не поднимет и жизнь людей не улучшит. Вспомните публичное предостережение лауреата Нобелевской премии профессора Джозефа Стиглица о том, что деньги МВФ лишь подрывают экономики тех стран, которым «помогают». Повернитесь, наконец, лицом к Конотопу, а не к берегам Потомака!.. Помните, что одно из значений названия этой «речушки» — место, куда приносят дань.