№ 18 от 01 февраля 2011 г.

Очистите от мусора... экраны

Противно даже слушать

В ПОЧТЕ “РГ” есть коллективное письмо от ветеранов войны, труда, участников боевых действий (15 подписей). Все авторы из города Измаила Одесской области. Что же так взволновало, “зацепило” за живое этих читателей? “По возрасту и состоянию здоровья мы уже, к сожалению, не можем посещать театры, ходить в кино, на концерты, — читаем в письме. — Но мы живые люди, и нам необходимы впечатления. Единственное наше общение с миром — телевизор. Но разве из-за рекламы можно что-нибудь понять, сосредоточиться? И не то, чтобы просто надоело смотреть рекламу, а уже противно даже слушать. Неужели, извините, о геморрое, стиральных порошках, потенции надо обязательно говорить по телевизору и радио?

Когда наконец-то уберут с экранов эти ужасные американские фильмы, где главная тема — убийство, воровство, секс, грабежи, поджоги, насилие, кровь?

Если Украина демократическое независимое государство, то почему на экранах нет ничего нашего, украинского, родного? Когда отмечалось 100-летие со дня рождения Александра Довженко, показали в одной из передач его кладовую. Там хранятся кинофильмы нашего киноклассика — в четыре яруса, еще снятые до войны, и послевоенные, ни разу не вышедшие на экран. А почему советские картины пользуются популярностью на Западе, в Европе? Да потому что весь мир уже устал от американского “тупого” кино и хочет смотреть “умные”, нравственные фильмы...” С таким письмом наши неравнодушные и активные граждане обратились в Министерство культуры. И что же ответил главный “культурный орган”?

Не наше дело

“ДЯКУЄМО Вам за щиру стурбованість, яка, на наше глибоке переконання, має всі підстави щодо того духовного простору, який формує свідомість українців, — читаем в ответе из министерства. — Нас також хвилює проблема засилля в Україні іноземної, не завжди високого гатунку кінопродукії”. Дальше перечисляются законы, которыми руководствуется министерство, работая в этом направлении (“О кинематографии” и “О защите общественной морали”), отмечается, что при министерстве действует “експертна комісія з питань поширення і демонстрування фільмів”. Члены комиссии просматривают фильм для принятия решения о возрастном ограничении или о запрете демонстрации фильма на территории Украины. И дальше: “Прикладів повної заборони фільмів досить багато”. Может, и “багато”, но зритель почему-то этого не почувствовал.

Также говорится о том, что “обмеження і заборона — також справа сумління інших відповідних органів, телекомпаній, окремих працівників та, звичайно, кожної родини. ...Міністерство не має права втручатися в програмну політику телекомпаній”. Говорится в ответе и о том, что защита прав телезрителей — это компетенция Национального совета Украины по вопросам теле- и радиовещания. Именно он отвечает за “розвиток, якісний стан телебачення і радіомовлення, за професійний, художній та етичний рівні програм і передач телеорганізацій”.

О фильмах Довженко в ответе написано, что они являются “надбанням держави і безплатно надаються для показу в кіновідеомережу й на телебачення.” И самое главное: “програмна політика і можливість коригування її не належить до компетенції Міністерства культури і туризму”.

То есть в министерстве перевели стрелки на руководство телекомпаний. Но какой телеканал запретит рекламу, пусть непрофессионально состряпанную, глупую, всем надоевшую, если она приносит огромные деньги? Да и “глупые” американские фильмы дельцам от кинобизнеса показывать выгоднее, чем закупать хорошее, качественное кино, потому что за его прокат надо платить немалые деньги. Ответ министерства четко дал понять, что запрет фильмов, пропагандирующих жестокость, насилие, разврат, — это дело “телекомпаній, окремих працівників, та... кожної родини”. То есть смотреть или не смотреть — дело ваше. А кто же тогда выступит в роли чистильщика — очистит экраны от мусора, засоряющего наши головы и сознание?

Уважаемые читатели, мы ждем ваших писем, чтобы продолжить тему.