№ 211 от 30 ноября 2010 г.

Три дня в шкуре перегонщика

Когда-то в Львовской области профессия перегонщика была одной из самых массовых и популярных. Привозить машины из-за границы считалось нелегким, но довольно прибыльным бизнесом. В последнее время (после того, как повысились ввозные таможенные пошлины на подержанные иномарки) количество желающих заниматься этим промыслом резко поубавилось. Выжили лишь самые стойкие, те, кто научился проходить все круги «перегонного» ада — границы, таможни, бандитские разводки...

«Спец» по грузовым фургончикам

ЛЬВОВЬЯНИН Андрей Починок — перегонщик с 12-летним стажем: в Европу за иномарками (в основном под конкретный заказ) он мотается по два-три раза в месяц. Нынешняя его специализация — подер­жанные грузовые фургончики (“фольксвагены”, “ситроены”, “форды”), которые после перегона в Украину обычно переделываются (причем совершенно легально) под легковые автомобили. По признанию Андрея, сегодня это наиболее популярная схема уклонения от непомерных платежей — на таможне и в гаишном МРЭО.

...В этот раз Андрею заказали фургон Ford Transit Connect выпуска 2006-2007 годов, дизель. Нужный автомобиль он нашел по Интернету — на немецком автохаусе в баварском Нюрнберге.

...В Германию мы выехали с центрального львовского автовокзала на рейсовом автобусе Киев — Дортмунд. За билеты до Нюрнберга заплатили 1600 гривен...

Бандиты никуда не исчезли

В ДОРОГЕ Андрей обучает меня главному правилу бывалого перегонщика: самое важное — хорошо выспаться, так как в Германии придется экономить каждый евро — на еде, транспорте, гостинице. Закончив “ликбез”, добавляет: “Если все будет удачно, следующую ночь проведем на автобане”. На сон грядущий рассказывает о бандитах:

— Раньше бандиты подкара­уливали нас на польских дорогах. Брали “налог” за проезд — 200-300 долларов. Не заплатишь — изувечат автомобиль (битами, кусками арматуры). Сейчас такого нет. Зато есть различные разводки. К примеру, бандит прикидывается обыкновенным покупателем и заказывает перегонщику дорогую иномарку. При этом деньги за машину платит заранее. После чего за перегонщиком начинают следить. Узнают, когда он будет в Германии, и передают эту информацию “заграничным” сообщникам. Заканчивается все тем, что при первом же удобном случае деньги у перегонщика отбирают. А когда он ни с чем возвращается домой, его уже встречает “покупатель” и требует вернуть деньги.

Автохаусы бывают разные

“НАШ” автохаус находится на окраине Нюрнберга. Добраться туда можно на метро. Однако мы в целях экономии чешем пешком. Почти четыре часа... Дорогу спрашиваем у водителей-таксистов.

Магазин подержанных иномарок выглядит достаточно скромно: за забором стоит несколько десятков автомобилей и микроавтобусов. Рядом — небольшой офис и складское помещение.

Встречает нас хозяин автохауса Евгений Зельцер, эмигрант из России. Из общения с ним узнаем, что в городе насчитывается более 200 автохаусов, треть из них держат эмигранты из России и Украины, что рискованнее всего покупать иномарки на турецких и польских автохаусах, которых в Нюрнберге с каждым годом становится все больше (машины, которые там выставляются, зачастую со скрученными пробегами, после серьезных аварий, угнанные).

...К присмотренному через Интернет “форду” у Андрея нет никаких претензий. Договорившись о цене, начинаем оформлять покупку. Никогда не думал, что это так просто. За полчаса Евгений составляет купчую на авто и выдает нам транзитные (пяти­дневные) номера и страховку. Заметив на моем лице недоумение, объясняет, что в Германии полиция не имеет никакого отношения к регистрации автомобилей — страховки и номера делают частные фирмы, что сразу после его офиса мы можем спокойно ехать домой.

Сага об автобане

НЮРНБЕРГ покидаем около восьми вечера, сразу за городом выезжаем на автобан. Сергей набирает скорость больше 150 километров в час.

“Лететь” по автобану — сплошное удовольствие. Дорожное покрытие идеальное, скорость не ограничена, никакой полиции и обилие дорожных знаков. Причем все знаки большие, информативные, так что заблудиться невозможно. Каждые 10-20 километров — оборудованные стоянки (с автобана к ним ведут отдельные съезды). На стоянках — места для парковки авто, бесплатные туалеты с горячей и холодной водой, прогулочные дорожки, столики, скамейки.

К польской границе доезжаем менее чем за четыре часа. Позади около 500 километров немецкого автобана, впереди — въезд на польский автобан. На стыке двух автобанов пост немецкой полиции: двое молодых улыбчивых полицейских и припаркованное посреди дороги авто с мигалкой.

Вначале у нас спрашивают, куда мы едем. Узнав, что в Украину, полицейские переходят на ломанный русский язык. Интересуются, не устали ли мы в дороге, и вежливо просят предъявить документы. Процедура проверки занимает несколько минут.

Чем польские «стражи границы» отличаются от наших


ИЗ-ЗА аварии на автобане три с половиной часа стоим в пробке. К пяти утра доезжаем до Вроцлава, к восьми — до Катовице. Поспав час на стоянке для дальнобойщиков (в салоне автомобиля) и “вставив спички в глаза”, едем дальше — на Краков.

В шесть вечера — на границе. Сразу обращаем внимание на слаженную работу польских пограничников и таможенников, благодаря чему длинная вереница машин, выстроившихся по направлению к Украине, двигается достаточно быстро.

Украинский участок. Почти два часа стоим в очереди, чтобы попасть на пограничный и таможенный контроль. Еще час нас держат на контрольно-пропускном пункте.

За это время багажник фургончика поочередно осматривают шесть человек: два пограничника и четыре таможенных инспектора. Более всего запомнился таможенник, который в пустой багажник заглянул мельком, после чего тяжело вздохнул и заявил: “А я вас сейчас задержу на три-четыре часа”. Мы: “За что?”, он: “А я имею право”. Затем, довольно хмыкнув, приказал отъехать от КПП на два метра назад, за вычерченную на асфальте линию, и ушел.

Через минут пять возле фургончика “вырос” прапорщик-пограничник. Заявил, что мы стоим “не так, как положено” и что нам нужно проехать на два метра вперед...

P.S. Пригнать автомобиль из Германии — лишь часть проблемы. Гораздо сложнее его легализировать. Рассказ об этом — в следующей публикации.