№ 166 от 17 сентября 2010 г.

Незнакомая Одесса

Сразу хочу оговориться: Одесса, которая оказалась совершенно неизвестной мне, возможно, хорошо знакома вам. Но ведь так во всем: каждый
из нас делает свои открытия, изобретает свои “велосипеды”. И это замечательно, иначе было бы просто скучно жить.

Дом с Ангелом

МОЙ поезд прибыл на вокзал Одессы в начале седьмого утра. Такое обстоятельство и подтолкнуло меня к решению пойти по нужному адресу пешком. Карта города убеждала, что это вполне осуществимо. Не спеша, без суеты, можно дойти и город по пути посмотреть. Тем более что лет семь не была здесь. Интересно.

Привокзальная площадь встретила пустотой. В подземный переход заходить не было никакой нужды: редкая машина появлялась на дороге. Перейдя ее, потом трамвайные пути, мы вышли на Пушкинскую улицу и направились в сторону центра города.

Вдоль улицы на тротуаре между деревьями стояли... видавшие виды раскладушки, на которых мирно спали люди. (Бомжи? Но почему на раскладушках и вдоль дороги?) Вокруг них стояли сумки, коробки и... густой запах разнотравья. Несколько раскладушек были пусты, а чуть в стороне стояли женщины и оживленно беседовали. Любопытство взяло верх:

— Вы не скажете, почему эти люди здесь спят?

— Так ведь Маккавей, а церковь еще закрыта, — ответила мне одна, — и покупателей нет.

Видя мое недоумение, вторая начала объяснять, как ребенку:

— Церковь еще закрыта, людей нет, вот и спят. Через час встанут, товар выложат, и все.

— А почему не в гостинице или на квартире? — не пойму.

— Так ведь место займут! — удивляются моей непонятливости женщины.

— И надолго вы вот так?

— На три недели! Одну уже отбыли.

...Забегая вперед, скажу, что, действительно, когда я возвращалась во второй половине дня на вокзал, те же самые раскладушки уже служили прилавками, за которыми бойко торговали разнотравьем. Причем торгующих было гораздо больше, чем тех, кого я видела спящими, но их места были самыми лучшими — вдоль потока пешеходов.

Но тогда, утром, мы просто прошли дальше, переваривая информацию. И вот когда два квартала остались позади, я увидела его.

Золотой ангел, неестественно вытянутый и оттого совершенно неземной, завис на зеркальном эркере белоснежного здания по улице Пушкинской, 51, наклонившись вниз, к людям.

Здесь разместилось уникальное медицинское заведение: Детский реабилитационный центр, где лечат патологии центральной нервной системы, в том числе и ДЦП, и опорно-двигательного аппарата, где на службу детского здоровья поставлены космические технологии. А одесситы центр называют просто — дом с Ангелом.

Около него не было спящих торговцев. Только у входа в центр ждала его открытия пара с больным ребенком. ДЦП. Они отвернулись от нас, погруженные в себя и НАДЕЖДУ.

“Не отказывай в благодеянии, когда рука твоя в силах сделать его” — выбито на гранитной доске под Ангелом.

«Памятник Гоцману»

ЕЩЕ пара кварталов. Пушкинскую пересекает улица Еврейская. Останавливаемся, чтобы свериться с картой, и замечаем необычайно красивый памятник работы известного одесского скульптора Александра Токарева и архитектора Владимира Глазырина. Мужчина в военной форме выпускает из рук своих голубей и любуется ими. Бронзовая фигура в полный рост застыла возле здания ГУМВД Украины в Одесской области по улице Еврейской, 12. “Памятник милиционерам послевоенных лет, освободившим город от бандитизма. От благодарных одесситов”, прочли мы надпись.

Нас увидели: дежурный милиционер вышел на улицу и охотно вступил в беседу.

— Ему еще года нет, — говорит он о памятнике. — Люди называют его “памятником Гоцману” — в честь главного героя сериала “Ликвидация”. Но на самом деле это памятник начальнику Одесского уголовного розыска послевоенных времен Давиду Курлянду. Сценарий фильма написан по реальным фактам его профессиональной деятельности.

— А вы откуда? — спрашивает нас милиционер.

— Из Киева.

— Так это памятник отлит где-то там у вас на Киевщине — на Вишневском литейно-кузнечном заводе. Заходите в наш музей, когда откроется, сами убедитесь.

И мы заходим, но уже на обратном пути.

— Давид Курлянд пришел в одесский уголовный розыск в 30-х годах, — рассказывает Василий Давиденко, ветеран милиции, директор народного музея истории органов внутренних дел Одесской области. — Умел быстро принимать решения, перевоплощался, внедрялся в банды. Неудивительно, что он начал с рядового и дослужился до начальника уголовного розыска Одессы. И секретная операция по “зачистке” Одессы от бандитов, которая была проведена по инициативе Жукова, проводилась на самом деле. Это все есть в наших архивах.

Василий Давиденко показывает нам дневник воспоминаний Давида Курлянда, написанный в 1988 году. Читать его, наверно, интереснее, чем любой детектив. Но в музее, кроме нас, никого...

Голод

День был в разгаре, и мы все же воспользовались общественным транспортом. И вот когда автобус плавно повернул на Пантелеймоновскую улицу, у дома № 70 заметили настолько необычную фигуру, что не удержались и вышли, чтобы рассмотреть поближе.

Гипсовая фигура в натуральную величину представляла собой мужчину, который держит на плечах маленького сына. Они оба заглядывали в окна ресторана. Мужчина для этого встал на цыпочки. И то было не праздное любопытство. На лицах был написан голод...

Не тот, 30-х годов, а современный.

...Вот такой нам открылась в этот раз Одесса.