№ 101 от 08 июня 2010 г.

В «Дядю Ваню»... не стреляли

Большой резонанс в театральном мире России вызвал спектакль Одесского академического русского драматического театра “Дядя Ваня” по пьесе Антона Павловича Чехова. Театр нынешней весной успел побывать на двух престижных российских театральных форумах.

– В конце марта, — говорит директор театра Александр Копайгора, — нам без колебаний доверили открыть XII фестиваль русских театров стран СНГ и Балтии “Встречи в России”, проходивший в Санкт-Петербурге. В этом году он посвящался 65-летию Великой Победы и 150-летию со дня рождения Чехова. И мы уверенно выдержали фестивальное испытание. Спектакль был не только награжден дипломом, но и получил высокие оценки знатоков и профессионалов театра. Не стали мы мишенью для театральных киллеров, так в России называют критиков, и в Подмосковье на фестивале “Мелиховская весна”, где наш “Дядя Ваня” также был отмечен дипломом. А критики там собрались зубастые: вся профессура РАТИ (ГИТИСа) и вахтанговской “Щуки”.

Критики с особой теплотой отметили актерские работы заслуженного артиста Украины Юрия Невгамонного (Иван Войницкий), Светланы Горчинской (Соня) и Сергея Полякова (Астров). Одесситам, конечно, приятен успех театра. Нам тоже дорога эта работа. В нынешнее время, когда телевидение, концертные площадки несут массу развлечений, душа просит духовной пищи. И поэтому всегда интересны встречи с Чеховым, с его углубленным психологизмом, пристальным интересом к простому человеку, мечущемуся в поисках выхода из лабиринта жизни.

Артисты рассказывали, что выступали в Мелихово в очень необычных условиях. В качестве сцены были парадное крыльцо дома-усадьбы писателя, а также прилегающая живописнейшая территория — парк, пруд, лужайки, дорожки в саду. Спектакль начинался в 20.00. К этому времени к крыльцу снесли скамейки со всего парка, поскольку количество желающих попасть на представление значительно превысило обычное количество мест.

— Эта своеобразная камерность пространства, — рассказывает Юрий Невгамонный, — обязывала нас ко многому. Она словно рентгеном высвечивала все нюансы игры актеров, их умение почувствовать меру условного и конкретного. Когда зритель находится на расстоянии вытянутой руки, возникает особая его взыскательность к психологической правде сценического действия.

Слушая актера, невольно позавидовал мелиховским зрителям. Оказывается, в условиях, максимально приближенных к естественным, в спектакле появилось несколько эпизодов, отсутствующих в стационарной версии спектакля. Вообще-то героям Юрия Невгамонного свойственна некоторая эксцентрика.

В начале спектакля нам Войницкий кажется почти нелепым, а его обожание Елены Андреевны немного смешным. Игра Невгамонного балансирует на грани гротеска, вполне оправданного особой чеховской иронией. Но с каждой последующей сценой все более проступает в образе Войницкого пронзительная трагичность чувств.

Накануне премьеры “Дяди Вани” в Одессе художественный руководитель постановки народный артист России Леонид Хейфец говорил: “Я знаю, что огромное количество людей у нас оказались выброшенными на мель — без какой бы то ни было “зацепки”. Им просто сказали: все, что вы делали в своей жизни, никому не надо! Все то, о чем вы думали, все то, чем вы жили, теперь никого не интересует... Таких людей очень много, и, может, они в “Дяде Ване” найдут для себя что-то близкое”.

...Сможет ли Иван Петрович Войницкий начать жизнь с нуля? Наверное, сможет, раз нашел он в себе силы отдать склянку с ядом и отказаться от самоубийства. И вера в это важна нашему современнику, исстрадавшемуся в водовороте рыночных реформ.

Одесса.