№ 92 от 26 мая 2010 г.

НЕ ПРЕДАВАЯ УБЕЖДЕНИЙ

Работать на современном производстве очень трудно, так как сейчас практически никто не застрахован от банального увольнения. Еще труднее работать на производстве, связанном с космическими технологиями, ибо в этой отрасли нужны особая точность и скрупулезность. А работать, не поступаясь при этом жизненными и идеологическими принципами, подчас просто невозможно.

От бухгалтера до испытателя
...АЛЕКСАНДР Алек­санд­рович Руденко 44 года проработал на “Южмаше”, где прошел путь от рабочего сборочного цеха до ведущего инженера-испытателя ракетных двигателей. Большую часть трудовой жизни он был членом Коммунистической партии и оставался верен своим убеждениям в нелегкие годы перестройки и приватизации. Ныне Александр Александрович — секретарь Красногвардейского райкома КПУ Днепропетровска. При этом он продолжает трудиться на родном предприятии.

В одну из наших встреч он рассказал, как нынче можно жить и работать, не изменяя себе.

— Александр Александрович, сейчас люди мало смотрят на звезды, все больше под ноги. Как удалось вам попасть в число людей, работающих на космос?

— Я мечтал быть инженером, но по состоянию здоровья не смог поступить в Днеп­ропетровский горный институт. Поступил в экономический техникум и стал скромным бухгалтером. В 1966 году пришел на “Южмаш” именно на эту должность. Но работа мне не нравилась, и я пошел рабочим в цех сборки, где и проработал до армии. Тогда же поступил на физический факультет университета. В армии вступил в ряды КПСС. Отслужив, вернулся на завод, а через некоторое время, уже имея высшее образование, перешел в отдел метрологии. Работал завлабораторией, начальником испытательной станции. С 1983 года и до развала СССР был заместителем парторга завода.

Бывали нелегкие времена

– КАК ИЗВЕСТНО, после распада Союза многие покинули ряды КПСС. Ведь в те годы пребывание в партии было непрестижным и даже тормозило карьерный рост.

— У меня даже мысли не было сдать партийный билет в столь тяжелое для Компартии время. Наоборот, сделал все, что мог, чтобы притормозить этот процесс. Я, можно сказать, потомственный коммунист. Мои дед и отец были беззаветно преданы этой идеологии, и выход из рядов КПСС я определил бы для себя как предательство. Сразу после ГКЧП наш тогдашний директор Леонид Кучма первым из высокого начальства вышел из партии, хотя до последнего момента выступал в защиту Компартии. После него бегство стало обвальным. До развала Союза в заводской парторганизации было 9000 человек. Чего греха таить, многие из них были карьеристами, и поэтому организация была рыхлой. Когда же мы стали восстанавливать эту организацию еще на полулегальном положении, выяснилось, что остались коммунистами всего 150 человек.

В 1991 году на заводе объявили департизацию. Отдел режима был предупрежден: если на заводе появится какая-нибудь партячейка, ее организаторы будут немедленно уволены. Заводскую парторганизацию нам пришлось перевести в ранг территориальной.

— Насколько я знаю, ваш дед был расстрелян в 1937 году. Нет ли здесь противоречий?

— Никаких противоречий не вижу. Когда в тот переломный год нашей истории людей арестовывали по доносам и наветам, мой дедушка сказал своим родным: “Сейчас многих забирают, в том числе и партийцев, которых я знаю по совместной борьбе еще с 1912 года. Если со мной произойдет то же самое, знайте: это делает не советская власть”. Изучив эту проблему, я понял, о чем говорил дед. Тогда в верхних эшелонах партии, стараясь убрать лучших коммунистов, окопались бывшие белогвардейцы и троцкисты. Как известно, очередь дошла и до них. Для меня эти слова деда так и остались главным ориентиром в нашем сложном прошлом. После его ареста многие в нашей семье тоже пострадали, но я ни разу не слышал, чтобы кто-то обвинял партию. Долгие годы, веря в партию, я был махровым антисталинистом. Но с некоторых пор у меня и на этот счет появились новые взгляды. Сталин осуществил в стране невиданный экономический рывок и одержал вместе со своим народом великую победу над фашизмом. И об этом надо помнить.

Ставка на молодых

– А КАКИЕ перспективы, на ваш взгляд, у Компартии сегодня?

— К сожалению, надо признать, что пролетариат, несмотря на все беды, которые коснулись его в большой мере, находится сегодня в социально аморфном состоянии. По-моему, рабочие еще не проснулись. Свою партийную работу нам нужно активизировать в молодежной среде, готовить молодых к передаче им партийного знамени, знамени социализма и коммунизма. Рано или поздно они себя проявят. Нынче среди нового поколения растет недовольство этим “капиталистическим раем”, молодежь уже начинает понимать цену этому обществу. Каждые выходные я раздаю листовки, газеты, в том числе и вашу, и вижу, что отношение к нам меняется. Есть, конечно, такие, кому буржуазная пропаганда основательно запудрила мозги, их уже ничем не прошибешь, со стороны они напоминают зомби. Но многие благодарят нас, интересуются, как вступить в наши ряды, спорят о методах борьбы, и это уже хорошо. Я вижу, что сознание наших людей, хоть и медленно, но просыпается, что и вселяет определенную надежду.