№ 87 от 21 июня 2006 г.

Я думаю так

Старую гвардию обидели

Уважаемая редакция, здравствуй. Пишет тебе шахтер-пенсионер. На пенсию я вышел еще при Союзе. Пенсия у меня была по тем временам высокая — 176 руб., стаж подземный — 30 лет. Тогда все и стоило дешево: мясо —
1 руб. 80 коп., хлеб — 16 коп., здравоохранение было бесплатным.

А сейчас буквально все подорожало в 15 и более раз. Пенсии не хватает.

Мы, старая гвардия, работали сначала по 12 часов, дальше по 8, потом по 6 часов с двумя выходными в неделю. Но отдыхать не давали. Придем на наряд, говорят: пришла телефонограмма, такой-то город замерзает. В следующий раз — такой-то город замерзает. Идем молча и долбим уголек. Расценки в те времена были малые, не то что в настоящее время.

Вот и выходит: шахтер, который отработал 20 лет и идет на пенсию, получает более тысячи гривень, у меня же 30 лет стажа, а пенсия — 700 гривень. Разве это справедливо? И что это за демократия?

Выходит, оставили старую гвардию у разбитого корыта.

Ни разу не писал, так что если что-то не так, прошу извинить. Может быть, с нашими пенсиями что-то и прояснится.

Гордость
за профессию отменяется?

Труд работников железнодорожного транспорта всегда был в почете и на особом счету и приравнивался к трудным и ответственным профессиям, таким, как авиация, военные профессии.

Но похоже, что у Кабинета министров нет не только концепции и стратегии экономического развития страны, но и нет элементарного представления об особой роли и важности развития железнодорожного транспорта, о его стратегическом значении.

Иначе как можно расценивать отмену ведомственной добавки к пенсии за добросовестный долголетний труд на железнодорожном транспорте в намеченном проекте бюджета на 2007 год?

Эта добавка была введена в бытность гендиректором “Укрзалiзницi” Георгия Кирпы. Она предоставляется ветеранам железнодорожного транспорта и в России. Отмена ее — явное ущемление прав граждан.

Что можно сказать после этого о серьезности намерений правительства выполнять программу “Десять шагов навстречу людям”, вторым пунктом которой записано: “Обеспечить приоритетное финансирование социальных программ”?

Легко просматривается прямая зависимость утечки этих денег в частные руки (смотри “Рабочую газету” за 23 мая “Развод по-украински”). Почему правительство идет по пути наименьшего сопротивления? Оно не в состоянии решать такие вопросы или заинтересовано в хитросплетениях незаконных схем движения бюджетных средств?