№ 219 от 05 декабря 2009 г.

Репортаж из петли времени

“Я ЛЮБЛЮ свиней. Собаки смотрят на нас снизу вверх, кошки — свысока, и лишь свиньи относятся к нам, как к равным”, — говаривал Уинстон Черчилль, родившийся 135 лет тому назад — 30 ноября 1874 года. Видный английский политический деятель, лауреат Нобелевской премии по литературе “за высокое мастерство произведений исторического и биографического характера, а также за блестящее ораторское искусство, с помощью которого отстаивались высшие человеческие ценности”. Этой премией бывшего английского премьера наградили, видимо, за речь в Фултоне, положившую начало “холодной войне”. Но был один политический деятель, которому Уинстон таки проигрывал в красноречии и перед которым вытягивался по стойке смирно. Это Иосиф Виссарионович Сталин.

Семьдесят пять лет назад, 1 декабря 1934 года, был убит видный деятель ВКП(б), соратник Сталина Сергей Киров. Как утверждают новоявленные “демократы”, убийство Кирова послужило отправной точкой для начала массовых репрессий и ликвидации оппозиции во всех ее видах. Несмотря на то что по сей день тайна убийства Кирова считается нераскрытой, все равно вину валят на Сталина. Кирова и Сталина связывали многие годы тесной дружбы, и никто не смог до сих пор привести сколько-нибудь серьезных сведений о разрыве или ухудшении отношений между ними. Более того, непосредственно перед покушением Сталин официально, на Политбюро, предложил избрать Кирова секретарем ЦК и освободить его от работы в Ленинграде. Мотивировал он это состоянием своего здоровья и возрастом. Очевидно, именно Киров был кандидатом на роль политического преемника, а убийство такого человека — “традиционный” метод подготовки “дворцовых” переворотов. Поэтому гибель Сергея Мироновича и вызывает столько различных версий и кривотолков. Первопричиной его ликвидации можно считать разгром Кировым троцкистской оппозиции в Ленинграде. В это же время Троцкий, вступивший в контакты с нацистами, рассчитывал, что, когда гитлеровская Германия нападет на Советский Союз, его сторонники смогут помочь оккупантам путем внутреннего переворота. Поэтому объединенный центр троцкистско-зиновьевского контрреволюционного блока своей основной и главной задачей считал убийство Сталина, Ворошилова, Кагановича, Кирова, Орджоникидзе, Жданова.

Сталин же понимал, что страну ждет не просто война, а цивилизационный конфликт геополитического уровня — “арийцы” против “недочеловеков”. А значит, борьбу с врагом должен возглавить именно русский, как представитель государствообразующего народа. Поэтому Сталин прочил умного, сильного, авторитетного и деятельного Кирова на роль генерального секретаря. Покушение на Сергея Кирова готовилось по той же схеме, что и на Петра Столыпина. Среди организаторов и того и другого злодеяния значился бывший подполковник отдельного корпуса жандармерии некто Николай Кулябко, после революции оказавшийся “старым большевиком”.

После убийства Кирова в троцкистско-каменево-зиновьевских кругах, несмотря на объявленный траур, пирушки длились несколько суток подряд. Троцкий увидел в выстрелах в Смольном проявление бунта против власти Сталина. Он с радостью приветствовал “убийство Кирова, умного и безжалостного ленинградского диктатора”. Как сообщали оперативные сводки ГПУ, в народе пошла молва: “Сегодня убили Кирова, завтра Сталина убьют”.

Позже даже усилия комиссии ЦК КПСС, расследовавшей с 1956 года в течение нескольких лет обстоятельства, связанные с убийством Кирова, оказались тщетными. Как утверждал “большой друг” советской власти Рой Медведев, ознакомившись с итоговым документом комиссии, Хрущев запретил его публикацию, заявив: “Пока в мире существует империализм, мы не можем опубликовать такой документ!”. С тех пор в мире империализма стало куда больше и не в последнюю очередь усилиями Никиты Сергеевича, нанесшего непоправимый удар по мировому коммунистическому движению.

Когда война таки началась, одни ради победы отдавали жизни, другие служили врагу. Сто лет назад, 5 ноября 1909 года, родился легендарный вратарь киевского “Динамо” Николай Александрович Трусевич, участник знаменитого “матча смерти”. Вокруг той игры было много надуманного. Считалось, что футболистов арестовали как пропагандистов советского спорта. Реальный, а не мифический “матч смерти” между футболистами киевского “Динамо” и бойцами “Люфтваффе” состоялся 6 сентября 1942 года. Формально он был посвящен сдаче в эксплуатацию Сырецкого лагеря. На самом деле на эту дату был запланирован “день победы” в честь взятия Сталинграда. В Киеве ждали Гитлера и Геринга. Но благодаря сведениям, полученным хорошо говорившими по-немецки футболистами киевского “Динамо” во время тренировок с летчиками люфтваффе, советское контрнаступление началось гораздо раньше. Динамовцы были арестованы 7 сентября, после того как немцы узнали, что разведывательные данные о запланированном немцами штурме Сталинграда ушли в Москву с их “подачи” двумя неделями ранее. Футболистов держали в застенках гестапо 23 дня, после чего привезли в Сырецкий лагерь. Динамовца Александра Ткаченко застрелили при попытке побега из гестапо, Николая Коротких замучили в застенках, Николая Трусевича, Ивана Кузьменко и Алексея Клименко через полгода после матча расстреляли в Сырецком концлагере. Сталинград выстоял не только благодаря подвигу динамовцев, но если бы он пал, на Украине по приказу рейхсминистра восточных оккупированных территорий Розенберга началось бы поголовное уничтожение жителей...