№ 82 от 09 июня 2006 г.

Федерализация Украины: дискуссия ни о чем

ВОПРОС об изменении административно-территориального устройства Украины и преобразовании ее в федерацию, инспирированный Партией регионов в качестве своего рода акции мести за проигрыш на президентских и парламентских выборах оранжевой коалиции, не новость в украинской политике.

Вспомним начало 1990-х годов, когда Украина выбирала и форму правления, и форму административно-территориального устройства. Тогда на обсуждение политиков, общественных деятелей и научных работников выносились разнообразные варианты деления Украины “на земли”, которые должны были бы получить самые широкие полномочия по самоуправлению. Одни из них основывались на исторических прецедентах и брали за основу историко-этнографические отличия между населением разных территорий. Другие исходили из экономико-географических отличий территорий, из их хозяйственной направленности. Третьи были попыткой совместить исторический и хозяйственный подходы.

Чем стимулировались тогдашние дискуссии?

Напомню, что это было время почти сплошного отрицания советского наследия, в том числе и в вопросе административно-территориального устройства. Общество жило жаждой самообновления, которое многими понималось как полная замена всего старого, оценивавшегося как исключительно тоталитарное, несовместимое с демократией.

Что касается введенного большевиками деления страны на области, города республиканского подчинения, на районы и сельсоветы, это действительно было справедливо, потому что такое деление было структурным воплощением принципа жесткой централизации вертикально построенной власти. По логике перехода к демократическим принципам функционирования власти, то есть к расширению полномочий местного само-
управления, ряду политиков выход виделся в укрупнении административно-территориальных единиц, а следовательно, в уменьшении их количества, что, на первый взгляд, должно было облегчить достижение межрегионального консенсуса и общее государственное правление.

Тогдашняя инициатива относительно административно-территориального перекраивания Украины на волне огульной критики всего советского наследия сначала получила существенную поддержку, но постепенно отодвинулась на маргинес общественной жизни, и очень скоро большинство участников обсуждения ее забыло.

Чтобы получить ответ на вопрос, почему так произошло, следует обратиться к опыту других государств, в первую очередь европейских, и сравнить его с историческим опытом Украины.

Уникальным и довольно парадоксальным является пример стран Европейского cоюза. Некоторые из них, будучи унитарными, одновременно входят в квазиконфедеративные объединения. Например, Французская Республика входит с некоторыми своими бывшими колониями во Французское Содружество, а кроме того, выступает протектором Княжества Монако, оказывая ему административную, судебную, полицейскую и таможенную помощь. Объединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии аналогичным образом входит в образование, в котором  Британские острова как географическое целое объединены вместе с британскими зависимыми территориями. Королевство Нидерландов состоит из собственно Нидерландов в Европе, острова Арубы в Карибском море и Нидерландских Антильских островов.

К странам ЕС, которые формально самоопределились как федерации, относятся Федеративная Республика Германия и Королевство Бельгия. Но этнотерриториальная основа обеих федераций имеет отличия. Субъектами ФРГ являются немецкие этнические территории в статусе земель, но с заметными диалектными и культурными отличиями их населения. Эти отличия — результат продолжительного политического разъединения немецкого этнического массива, проявляющегося в прочной “земельной” самоидентификации населения, в осознании им своего отличия от жителей других земель. Бельгия же образовалась из частей, этнически не родственных, — Фландрии и Валлонии. Как следствие, просуществовав сто сорок лет как унитарная, она постепенно была преобразована в федерацию.

Среди федераций, которые не входят в ЕС, типичной является Швейцария. Она изначально стала образовываться из само-управляющихся кантонов, причем кантонов немецко-, франко- и италоязычных. Трудно найти аналог для такого образования, как Республика Босния и Герцеговина. Она состоит из мусульманско-хорватской Федерации Боснии и Герцеговины и Республики Сербской.

Еще одна форма административно-территориального устройства — так называемые областные государства, к которым относятся Королевство Испания и Итальянская Республика. Формально унитарными являются государства, в составе которых находятся территории с широкой автономией. В Испании это Страна Басков, Каталония и Галисия. Население Страны Басков действительно по этнокультурным и языковым признакам не является испанцами. Осознание каталонцами своего отличия от остальных испанцев также глубоко укоренившееся, поэтому большинство из них на специальном референдуме подчеркнули свою двойную идентичность, признав себя испанцами, но в то же время и каталонцами. В Италии пять областей имеют автономный статус, опирающийся на особенности их истории.

При всем несходстве названных образований, их объединяет общая черта — они возникали как результат длительного преды-дущего исторического развития, став следствием неспособности центральной власти подавить стремление вошедших в них субъектов к самоуправлению. В свою очередь, превращение этого стремления в политическую волю было бы невозможным без сохранения субъектами федераций своей самоидентичности и прочного осознания своего отличия от других территориальных сегментов государства.

Сохранились ли отличия в территориальном самосознании большей части украинского населения, а если сохранились, то достаточны ли они для того, чтобы унитарное государство превращать в федеративное, как это было сделано с Бельгией? Можно вспомнить еще один пример федерализации унитарного государства — образование из частей бывшей Российской империи... Союза Советских Социалистических Республик. Но эти исторические примеры именно и произошли потому, что не удалось размыть этнотерриториальную неродственность составляющих частей этих государств.

В этом смысле Украина не может быть аналогом. Когда-то  разные территории Украины имели определенные этнографические отличия. Но в результате продолжительной ассимиляционистской политики царских и советских правительств эти отличия почти исчезли из повседневной жизни и проявляются преимущественно в фольклорном самодеятельном творчестве или в музейной форме. Своеобразие сохранили регионы, которые позже других вошли в соборную Украину. Речь идет о Галиции, Закарпатье, в определенной степени о Буковине и Крыме. Но и их отличия — преимущественно внешнего характера, а поэтому не могли быть взяты за основу для административного выделения этих территорий. По образу жизни, по базовым ценностям, по определяющим потребностям все население Украины идентично вне независимости как от территории проживания, так и от национальности. Это во-первых.

Во-вторых, в Украине только восточные области могут считаться единым хозяйственным регионом. Структурировать остальные области по группам с общими экономическими интересами было бы проблематично. Именно поэтому, кстати, дебаты об изменении административно-территориального устройства в начале 1990-х годов завершились безрезультатно.

Не отличается достаточной аргументированностью и нынешняя попытка навязать стране сданную в архив дискуссию. Ведь нельзя считать серьезным аргументом в пользу мнения о  наличии несовместимой территориальной идентичности среди населения страны ссылку на... политическое противостояние во время последних президентских выборов, получившее территориальное выражение.

Действительно, нельзя не замечать определенных политико-идеологических отличий между населением центрально-западных и юго-восточных областей. Они касаются выбора геополитического вектора, исторических оценок, языковых вкусов. Однако использование этих отличий в качестве определяющих критериев региональной идентичности не имеет резонного обоснования. Идентичность проявляется в таких признаках, которые являются исторически постоянными. Политико-идеологические же вкусы являются, в основном, временными, преходящими, а потому у субъектов федерации, образовавшейся на такой основе, не будет надежного объединительного фактора.

Кроме того, политико-идеологические отличия в перспективе могут и исчезнуть. Ведь каждая политическая сила, в том числе и та, которая сегодня инспирирует дискуссию о федерализации, в глубине души надеется убедить в правильности своей политической философии большинство населения государства. Если же она на это не рассчитывает, то значит, что она просто играет в политику, то есть занимается политиканством, пытается заключить население регионов, где она пользуется популярностью, в своеобразное политическое гетто. Но добиться этой цели в эпоху господства широкой информационной сети уже невозможно.

Впрочем, иногда политики, как и обычные люди, верят именно в то, во что им хочется верить. Элита восточных регионов почему-то искренне поверила в несовместимость идентичности востока и запада. Поверила в такой степени, что инициировала языковой конфликт посредством предоставления русскому языку статуса регионального на востоке и юге. Но языковые отличия между регионами не могут считаться надежным основанием для отрицания общей идентичности большинства украинского населения, в котором доля титульного этноса составляет почти 78%.

Разные языковые ориентации внутри украинского этноса не могут подменить собой его кровное родство и общность исторической судьбы. Эта разница может со временем исчезнуть так же, как и политико-идеологические отличия. Когда это произойдет, а произойти может необязательно путем сплошной украинизации, но и путем распространения реального индивидуального двуязычия, тогда еще очевиднее станет нелепость постановки вопроса о федерализации Украины.

От редакции. Этой обстоятельной статьей мы хотели начать широкую дискуссию по предложениям некоторых политиков относительно введения федерального устройства Украины. Но статья настолько обстоятельна, что дискуссия скорее неуместна, чем наоборот.

Но, возможно, кто-то из вас, наши читатели, все же захочет продолжить разговор. Если да, то пишите нам! Все дельные мысли мы обязательно напечатаем. Ждем ваших отзывов.