№ 160 от 10 сентября 2009 г.

Палата № 2008

Палата № 2008

Речь пойдет о фильме “Палата № 6”, созданном по мотивам одноименного рассказа Чехова российским режиссером Кареном Шахназаровым. Всеукраинская премьера его состоялась на днях в столичном кинотеатре “Жовтень”. Версию Шахназарова нельзя назвать экранизацией в строгом смысле. Режиссер позволил себе значительно изменить форму подачи материала и перенес действие чеховского шедевра в современность, конкретно — в 2008 год.

ВПРОЧЕМ, история создания фильма началась почти 20 лет назад. Его сценарий был написан режиссером в соавторстве с Александром Бородянским в 1989 году для совместного советско-итальянского проекта. В главной роли — врача Андрея Ефимовича Рагина — должен был сниматься Марчелло Мастрояни. Однако сценарий вызвал возражения итальянских продюсеров. Они настаивали на классической, костюмной экранизации. Шахназарову это было неинтересно. Стороны долго пытались найти общий язык, но так и не пришли к согласию. Картина не состоялась.

И вот в прошлом году Карен Георгиевич возвратился к своей давней задумке. На сей раз на главную роль был приглашен Владимир Ильин. Компанию ему составили Евгений Стычкин, Александр Панкратов-Черный, Алексей Вертков, Алексей Жарков и ...пациенты одного из психоневрологических интернатов Московской области. Реальные душевнобольные в качестве актеров — смелый шаг Шахназарова, придавший фильму черты документальности. Да и весь фильм сделан по принципу документалистики. Чеховский текст вложен в уста героев, которые поочередно, апеллируя к зрителю, излагают грустную хронику превращения главврача клиники для душевнобольных в одного из ее пациентов.

Желание переодеть классических персонажей в современные костюмы — понятный ход в стремлении актуализировать вечные сюжеты и конфликты. Оправдан ли в случае с “Палатой №6” этот далеко не новый кинематографический прием? Смею утверждать: оправдан. И даже вдвойне.

“Палате” можно присваивать любой номер, согласно календарному году, а в наше время особенно. Ибо у Чехова, кроме наличия вечного противопоставления аномалии и нормы, или наоборот, в зависимости от того, кто кого кем считает (например, Гамлет и окружение), в подтексте присутствует и важный социальный аспект, повторяющийся в течение веков с завидным постоянством. Напомню, что “Палата № 6” была написана в 1892 году, в эпоху, которая справедливо была названа эпохой безвременья, певцом которой критики называли Чехова, самого, на первый взгляд, аполитичного писателя. Однако он блистательно уловил ее особенности: утрату прежних идеалов и отсутствие новых, идейный вакуум и неопределенность — верные признаки грядущих социальных катаклизмов.

Эпохой безвременья можно назвать и нынешнюю пору, когда рушится связь поколений, когда процветает безверие и гнетет отсутствие перспективы. Вокруг засилье людей, мыслящих сиюминутными категориями, которых не интересует ни прошлое, ни будущее. Даже настоящее занимает их лишь постольку, поскольку оно соприкасается с личной задачей каждого сообразно его масштабу: взять власть, обогатиться или просто уйти в подполье и тихо тянуть лямку до гробовой доски.

В точку попадает обитатель психушки Дмитрий Громов, говоря о людях, которым “нет никакого дела до будущего”, и характеризуя Рагина: “От природы вы человек ленивый, рыхлый и потому старались складывать свою жизнь так, чтобы вас ничто не беспокоило и не двигало с места. Дела вы сдали фельдшеру и прочей сволочи, а сами сидели в тепле да в тишине, копили деньги, книжки почитывали, услаждали себя размышлениями о разной возвышенной чепухе”. История Рагина превращается в реалиях нашего времени в трагедию интеллигента-шестидесятника (на стенах в его квартире портреты Хемингуэя и Высоцкого), человека тонкой организации, утопившего юношеские идеалы в водке и праздном мудрствовании, оказавшегося на обочине жизни, неспособного изменить ее к лучшему. И, пожалуй, даже не свихнувшийся, а находящийся в пограничной ситуации, он попадает в застенок как ненужный, неудобный для окружающих элемент с перебитым хребтом.

Бесславный конец человека, пораженного болезнью Обломова, всегда находящий объяснение и оправдание своей пассивности и своим порокам, совершенно утерявший смысл жизни в постоянных поисках ее смысла. Запоздалый бунт приводит его к апоплексическому удару, и герой Ильина, бессловесный, покорный, действующий, как марионетка, убедительно вписывается в контингент своих товарищей по несчастью.

“Палата № 6” — фильм, подвигающий к раздумьям, в том числе о качестве самого фильма (это ли не удача режиссера?). Но прежде всего о том, как избежать ощущения жизни как “ловушки” (Чехов) или “пустой и глупой шутки” (Лермонтов).