№ 126 от 23 июля 2009 г.

Адовы круги дерибана

Адовы круги дерибана

КОГДА въезжаешь в Токмак, с севера или с юга, город встречает безобразными выбоинами на дорогах и неприветливыми, кое-как засаженными кустами кладбищами. Как грустно шутят местные жители, кладбищенский бизнес остался единственным прибыльным делом в городе. В прошлом номере газета начала разговор о сложившейся тут ситуации вокруг дизелестроительного завода.Продолжая его, предоставляем сегодня слово токмаковцам. О том, как еще в одно кладбище превращается некогда процветающее предприятие “Юждизельмаш”, рассказывают бывшие заводчане.

Сверловщик Владимир Владимирович Пузанов:

— После развала Советского Союза и появления независимой Украины в народ был кинут клич — “Наше спасение в частном предпринимательстве”. Тут же вокруг “Юждизельмаша” образовалась кучка кровососов, ЧП-посредников, в которых всем заправляли сынки, родичи, кумовья руководителей. Завод в считанные годы был обескровлен, оборотные средства в основном выводились через ЧП. Долги по зарплате появились в конце 90-х.
Как в калейдоскопе, менялись и руководители предприятия. Один из них Прудников вместе с “Приватбанком” решил применить накатанную схему “прихватизации” путем доведения предприятия до банкротства.

В “Приватбанке” несколькими траншами был взят кредит в один миллион 100 тысяч долларов под 70 процентов годовых(!). Сразу ясно, что вернуть такой кредит невозможно. Деньги эти быстро и бесследно растворились... В результате в 2000 году “Приватбанк” возбудил дело о банкротстве. Были назначены три руководителя санации, каждый из которых продолжал через посредников выводить оборотные средства предприятия, а долги по зарплате продолжали расти, достигнув восьми миллионов гривен. Вскоре платить зарплату прекратили вообще. Рабочие ходили на завод, чтобы выбить деньги хотя бы на буханку хлеба. С завидной регулярностью продолжали меняться руководители. При этом каждый вновь назначенный заявлял, что его предшественник все угробил, а я, мол, пришел возродить завод из пепла и обеспечить вам светлое будущее. И повторялось это пять раз, а картина на заводе становилась все более удручающей. Причем смещенный руководитель всегда уходил с приличным состоянием, позволявшим тут же открывать собственный бизнес.

Согласно плану санации, разработанному бывшим еще при советской власти директором завода Василием Никифоровичем Ахромеевым и утвержденному Хозяйственным судом в 2004 году, долги по зарплате намечалось полностью погасить к 2008 году, а предприятие, восстановив платежеспособность, должно было вновь начать свою деятельность. Выполнять план санации поручили госпоже Залуцкой из Днепропетровска. Ее назначили в 2006 году, но с тех пор эту даму в Токмаке видели всего пару раз. Исполнительным директором у нее служит Николай Николаевич Николаенко — депутат облсовета от Партии регионов. Они решили оздоровить предприятие при помощи мирового соглашения. После утверждения его первой инстанцией Хозяйственного суда более 80 процентов ликвидного имущества завода ушло кредиторам четвертой очереди. Кредиторам первых очередей (а это рабочие, долгое время не получавшие зарплату, Пенсионный фонд и Налоговая инспекция) оставили неликвидное имущество. Затем по иску “Нефтегаза” суд отменил действие мирового соглашения, но имущество осталось у кредиторов.

Заместитель начальника литейного цеха, член завкома и председатель комиссии по трудовым спорам Валерий Николаевич Юдин:

— Председатель профкома Марк Михайлович Плискин тайно подписал от имени проф­кома ходатайство в Апелляционный суд Запорожской области о возобновлении действия мирового соглашения. Суд удовлетворил ходатайство и фактически подтвердил, что все оборудование принадлежит кредиторам, а рабочим остались только долги. В мировом соглашении строго по кварталам расписаны суммы возвращения долгов на три года вперед. Новый договор действует с середины прошлого года, но рабочим не выплачено ни копейки.

Это соглашение развязало руки дельцам, двадцати четырем так называемым собственникам. Фактически они уже передали свою собственность в третьи руки, и сейчас даже невозможно определить, кто является ее хозяином, с кого спрашивать долги, к кому обратиться за помощью, чтобы сохранить в Токмаке целостный машиностроительный комплекс.

Когда были уволены последние работники с предприятий, образованных на основе мирового соглашения, в конце февраля мы создали оргкомитет по защите наших прав. Буквально по сей день мы проводили акции протеста, пикетирование прокуратуры, горсовета, заседаний сессий облсовета. Результата нет. Требования рабочих разбиваются о бетонную стену властных структур. В местном совете абсолютное большинство (двадцать четыре из сорока) составляют депутаты ПР, причем эту фракцию возглавляет председатель проф­союзной организации “Юждизельмаша”. Депутаты областного совета от Токмака Николаенко и Котелевский — тоже “регионалы”. Мы обращались не только к местному руководству Партии регионов, но даже к Виктору Януковичу.

Наладчик электросварочного оборудования Николай Васильевич Сенько:

— Я проработал на заводе с 20 января 1966 года по 20 октября 2008 года. Меня просто вынудили уволиться, хотя перед этим убеждали никуда не уходить. За четыре года на “Юждизельмаше” накопилось 6,5 тысячи гривен долга по зарплате, по “МашЗиКу” долг в 1625 гривен тоже не отдали. Всех рабочих, которые оставались до конца, вызвали в отдел кадров и сказали, что они уволены 16 марта. Получается, задним числом, почти полгода назад. Мы обращались в местную прокуратуру, областную, писали в Киев — никакой реакции.

Тем временем через проходную ежедневно вывозится по семь-восемь станков. Как свидетельствуют очевидцы, цеха зияют пустыми пролетами. Станок для обработки коленвалов весом в 35 тонн разобрали и вывезли по частям...

Разговор о ситуации в Токмаке продолжим в следующей публикации.

Киев — Токмак — Киев.